CATS-портал mau.ru
Гостиница для кошек в Москве Cat's Dream Hotel

Юрий Якубяк

НАСТОЯЩИЙ...


Проснувшись ранним утром, дед Еремей открыл глаза и увидел напротив себя Муна. Так бывало всегда, когда Еремей покидал царство Морфея первым. Мун спал на своем излюбленном месте – кресле-качалке, которое находилось в углу комнаты. Стоило только Еремею покинуть свою кровать, как тут же кот покидал свою. Несмотря на свои 65 лет дед исправно исполнял по утрам комплекс гимнастических упражнений, после чего умывался, убирал постель и шел на кухню заваривать чай.

Еремей смотрел в окно на просыпающийся город. С девятого этажа открывался неплохой вид на парк и часть административных зданий: по парковым аллеям бегали молодые парни, лениво прогуливались полусонные хозяева четвероногих друзей, к платным стоянкам подъезжали дорогие иномарки…

На плите, закипая, посвистывал чайник, как вдруг зазвенел телефон. Мун, все это время находящийся на подоконнике и дублируя взгляд деда, сразу же бросился в коридор к телефону, как будто это звонили ему. Еремей не спеша шел на звон телефона, думая, кто это может быть: Павел сменщик, Виталий Борисович или…
- Да?! – ответил он.
- Здравствуй папа! – послышалось на том конце.
- Привет дочка, рад тебя слышать. Да и не только я рад что ты позвонила, вон Мун носится по всей квартире, – указывая на кота закончил Еремей.
В это время кот побежал на кухню скрылся на долю минуты и уже вновь бежал к деду.
- А это твой кот? – чуть замешкавшись, спросила Маша.
- Нет, это мой друг, – искренне ответил отец.
- Твоя любовь к природе меня всегда поражала.
- А меня поражают люди, которые мнят себя вершиной айсберга, не зная при этом его подводной составляющей.

Выдержав небольшую паузу и не желая продолжать разговор в этом направлении, Маша спросила:
- Как у тебя дела, как здоровье?
- Полный порядок, – немного разочарованно ответил отец.
- Приятно слышать, - уже без заминки ответила Женя.
- А вы как, внук не хулиганит?
- Бывает по-разному, – то ли за себя, то ли за внука ответила дочь. – Ростик в этом году заканчивает 6 класс, и мы собираемся навестить тебя, возможно в июле.
- А я уже соскучился по вас, сколько мы не виделись? – задал вопрос Еремей и тут же ответил. – Года три наверно?
- Да примерно так, – смущенно растянула Маша.
- Мужу и внуку привет передавай. Буду вас ждать, – прозвучало с радостью в предвкушении встречи.
- Ну, тогда до встречи папа, – уже весело ответила дочь.
- До скорого! – эти последние слова Еремей выговорил беззвучно и нехотя тяжелой рукой положил трубку.

Все это время Мун подбегал к Еремею едва касался его и убегал обратно на кухню. Приподнимаясь с табуретки, Еремей заметил на одной из своих штанин небольшое мокрое пятно. С удивлением подумал, неужели Мун начал метить территорию, и дверь в туалет приоткрыта? Эстафета Муна к тому времени закончилась, а сам кот стоял неподалеку и как-то странно поглядывал на деда. Еще не зайдя в кухню, Еремей услышал шипение воды и вспомнил про чайник. Вода выплескивалась из чайника, создавая на полу небольшую лужицу. Тогда он понял предупредительные сигналы Муна.
- Ну, Мун иди же сюда, – с полным пониманием выговорил дед.

Кот не спеша, подошел к Еремею. Тот осмотрел его мокрую горячую лапу.
- Не попекся? Моя то штанина уже почти высохла. Дочь звонила, говорит приедет скоро, а я заслушался, забыл обо всем. Извини, не понял твоих сигналов.
- Мяу, – примиряясь, ответил Мун.

В молодости Еремей поменял около дюжины профессий. Зарабатывал бесценный опыт работая лесником, проводником в научных экспедициях, матросом в рейсах дальнего плаванья… Потом работал водителем высокопоставленных чиновников, и лишь после неожиданного приступа инфаркта который случился три года тому назад, Еремея чтобы совсем не увольнять, перевели на другую работу. Теперь Еремей работал охранником на автостоянке, перед одним из административных зданий, к которым раньше подвозил партработников. Да и охранять там было нечего. Два десятка машин, которые вмещала стоянка, находились за оградой. Почти всегда стоянка была полупустой. И основной задачей охраны было поднимать и опускать шлагбаум, не пропуская на стоянку “чужих” машин. Тут же имелось небольшое помещение 2*2 метра находящееся на небольшом возвышении. Охранка, как его шутя называли охранники. Пульт управления, маленький диван, радио, электрочайник - вот, пожалуй, все удобства которыми было оснащено место охраны. В один из первых дней своих дежурств, когда Еремей стоял возле шлагбаума прислонясь к дереву, к нему подошел молодой человек наподпитку, держа в руках маленький комочек шерсти.
- Здравствуйте дедушка, – чуть пошатываясь, сказал он.
- И вам здоровья, – ответил Еремей.
- Я рад что нашел вас, – торжественно выговорил молодой мужчина.
- Извините, мы знакомы? – спросил Еремей и пристальней вгляделся в незнакомца.
- Нет. Да этого и не нужно. Я искал человека, в руки которого мог бы отдать этого котеночка.
- Вы уверены что не ошиблись? – переспросил Еремей.
- Да, несомненно. Душу не спрячешь.
- ? – дед недоумевал.
- Он так же одинок как и вы, – а потом громче добавил. - Вы ему нужны!
- Да? - Еремей находился в растерянности, он не смог внятно ответить. Его пленило это маленькое существо прохладно-голубого цвета.
- А мне сейчас крайне нужно, – а дальше незнакомец назвал сумму денег которая равнялась четверти Еремеевской зарплаты.

Благо Еремей утром получил аванс. Он не раздумывая вытащил деньги, отсчитал необходимую суму и протянул ее незнакомцу. Тот, одной рукой удерживая кота, другой взял деньги ловко впихнул их в карман оставив в руке одну купюру. Затем отдал Еремею котенка и протянул оставшуюся купюру:
- Молоко сейчас бы не помешало ему, – улыбнувшись, сказал незнакомец.

Это маленький котеночек вырос в стройного, безумно энергичного и немного строптивого кота немыслимой окраски цвета аквамарина. Безусловно эти два творения природы нуждались друг в друге. Они подружились, полюбили друг друга, смогли подарить себя другому.

Еремей часто в свободное от работы время выезжал из многотысячного города. Это была не прихоть, а потребность. Дед ощущал себя частичкой этой природы, ее сыном. И как всякая разлука любящего сына с матерью она тяготила его. Человеку, который принял прошлое, ценил настоящее и не боялся будущего, казался смешным этот “железобетонный муравейник” который в любой момент мог рухнуть из-за своей слабости или пустоты. Иногда он вызывал смех, жалость, презрение, но все чаще он заставлял защищаться тех, кто другого мнения о жизни “железобетонного муравейника”. И все чаще дед покидал его. Нет он не боялся. Еремей не желал растрачивать себя попусту.

Наступили выходные.
Еремей укладывал рыболовные снасти в багажник своего старого жигуленка. Когда все было приготовлено, он открыл переднюю дверцу авто, впустил Муна, и они неспешно двинулись к реке.
За исключением тех случаев, когда Еремею хотелось побыть одному, его всегда сопровождал Мун.
В этот день клев был хороший. Низ ведра был усеян рыбиной и ужин предполагал быть лакомый. Мун предчувствуя это и желая приблизить приятный момент, некоторое время вытанцовывал вокруг ведра, но после неудачной попытки стащить рыбу скрылся в лесу. Мун часто и подолгу отлучался в их совместных вылазках на природу, потому Еремей не предал этому особого значения.
Блеск в глазах, гордая походка, добыча – все это возвестило о победном возвращении Муна. Он неспешно прошествовал около Еремея, остановился возле ведра с уловом и положил рядом полевую мышь. Затем с вызовом взглянул деду в глаза.
От Еремея как от настоящего мужчины не укрылся смысл этих действий. Он лишь ясно взглянул на Муна, улыбнулся и не без гордости сказал:
- Я знаю, Мун, ты - настоящий.

Еремей очень любил своих дочь и внука который много в чем походил на него. Дед с нетерпением ждал их встречи и, коротая время в ожидании близких, он со строжайшей бдительностью убирал в квартире, приукрашивал ее цветами желая чтоб жилище пропиталось этим благоуханным ароматом. Приготовил для гостей подарки. Утром, когда позвонила Женя и предупредила, что они приедут через три дня, квартира уже блистала уютом и чистотой. Находилась в полной боевой готовности и готова была принять гостей. Эта атмосфера по видимому передалась и Муну, Еремею стало казаться, что кот ведет себя более чистоплотней. Наполнив чашу Муна молоком, Еремей отправился на работу. Дед заблаговременно договорился о недельном отпуске и с завтрашнего дня мог полностью посвятить себе родным.

Эмоциональная возвышенность и радость которую он переживал на протяжении последних дней к вечеру сменились усталостью, какой-то тоскливой опустошенностью. Как человек, который затратил неимоверные усилия на пути к значимой цели, достигнув ее, уже не может ощутить всей прелести победы, ибо отдал слишком много. Так и Еремей чувствовал себя человеком, пережившим реальность встречи - уж слишком ярко разыгрывалась его любящее воображение. Вечером, возвратившись с работы, Еремей почувствовал легкое жжение в груди. Постоянно усиливаясь, оно уже походило на укусы пчел. Закружилась голова, и несколько железных, докрасна раскаленных прутов резко протаранили деду грудь, сваливая его с ног на находившуюся рядом кровать. В глазах помутилось, со стоном вырвалась мысль:
- Только не сейчас…

Мун, находившийся на кресле качалке одним прыжком преодолел расстояние до кровати. Остановился, насторожился. Еще прыжок и Мун возвышается на груди Еремея. Стан кота неимоверно выгнулся, казалось что он сейчас сломается. Шерсть взлохматилась, каждая ворсинка оттопырилась, образовывая иглу. Страшный оскал и глаза полные блеска последнее, что запомнил дед, перед тем как кануть в небытие.

Проснулся Еремей позже обычного. С трудом вспомнил все что произошло накануне вечером. Пошевелился, чувствовал он себя хорошо.

Выполняя утреннюю гимнастику, он заметил на полу несколько небольших сгустков темно-вишневого цвета, которые очень походили на рвоту. Да, скорее всего так оно и есть. Еремей приблизился к кресле-качалке на которой все еще находился Мун. Казалось, он спит. Дед осторожно прикоснулся к нему и невольно вздрогнул. Мун подавал слабые признаки жизни и был холоден как льод. Он встал, лениво потянулся и чуть ли не съехал с кресла - до того у него не получился прыжок. Будучи даже в таком состоянии он не хотел изменять своей старой привычке - вставать вместе с дедом. Учуяв неладное Еремей наскоро одевшись и окутав Муна теплым полотенцем рванул к ветеринару. Поездка заняла около получаса.

Осмотрев кота и расспросив деда о его опасениях, доктор вынес свой вердикт:
- Скорее всего это отравление, а рвота свидетельствует о расстройстве пищеварительной системы. Сейчас мы ее еще раз прочистим, хотя организм самостоятельно проделал большую часть работы, – на одном духу выдал доктор видимо желая успокоить деда и уже спокойно закончил. - В любом случае все худшее уже позади. И подержите его первое время на молоке.

После Еремея попросили подождать. Усевшись на жесткий диван, он задумался. Он был уверен, что это не простое отравление, а вчерашний инцидент имеет непосредственное к тому отношение. Но свои мысли он оставил при себе.
- Вчера он заменил мне докторов, – в пустоту выговорил Еремей, но едва ли кто-то мог услышать его шепот.

И чувство благодарности к Муну смешалось с презрением к собственной слабости. По щеке потекла слеза.

Потом была неделя радости. Цирк, кино, музей, мороженое - Ростик и Еремей были неразлучны. Ростик безумно влюбился в лес. Часами просиживая возле озера он то рыбалил, то купался. Женя из собранных полевых цветов делала венки, которыми потом увенчивала головы мужчин.

Взметнувшиеся искры, выделывая вычурные пассажи, кружась, игриво переплетались, рождая в людях ощущение праздника. Вспыхнувший с новой силой костер чувств, рассекая тьму и рассеивая холод, приносил радость. Все казались счастливыми, только Антона мужа Жени к концу недели посетила скука.

Но Мун уже не стал прежним резвым, шаловливым, немного дерзким, немного непослушным. Казалось он отмечен печатью смирения. Связь между Муном и Еремеем усилилась недопонимание, которое раньше иногда да возникало, исчезло. Еремей берет молоко, чтобы наполнить чашу кота - Мун тут как тут, Еремей собирается на прогулку - Мун уже у двери, дед едва успевает открыть глаза - Муна уже нет на кресле-качалке. Но гордость и достоинство с которыми вел себя Мун остались неизменными, а новоявленные сдержанность и суровость только усиливали эти черты.

В последнее время Мун все больше оставался в одиночестве, избегая Еремея. Все это не скрылось от наблюдательного деда и наводило его на определенные размышления.

Праздник сменился буднями. Опавшие листья застилали землю, желтела трава. Дождь предвещал осень. Еремей накинул на плечи плащ и отправился на работу. Стоянка была заполнена. Вероятно причиной этому послужило очередное заседание или конференция которые часто проводились в последнее время. Время тянулось медленно. Часы показывали пять минут шестого. Еремей отдал работе лишний час, а сменщика все еще не было.

Спустя 20 минут в охранку вбежал слегка выпивший и радостный Пашка.
- Ты не поверишь, я стал отцом! – расплываясь в счастливой улыбке, выкрикнул он.
- Ну почему? Я верю, – оживился Еремей. – Дай я пожму руку отцу.
И два товарища обменялись рукопожатием.
- Кто у тебя? – спросил Еремей.
- Сынишка, я так мечтал… - но не закончил фразу, радость сменила серьезность, и уже другим тоном продолжил. – Ты извини за опоздание…
Тут уж Еремей не дал ему закончить.
- Сейчас ты больше нужен в другом месте, иди, я побуду за тебя.
Пашка не стал возражать, а поблагодаривши умчался.
Еремея посетила радость от рождения. Но вскоре вторглась смерть и разрушила все. Звук сирены которую успел включить дед возвестил о горе. Очередного приступа инфаркта он не выдержал. Его застали склонившимся над пультом охраны. Приехала скорая и врачи констатировали смерть.

Внешне Мун спокойно воспринял уход Еремея. Кот знал больше людей. Он заглянул вперед. И мужественно принял то, чего не мог изменить. Мун выпрыгнул на подоконник и грустно посмотрел на кресло-качалку запертое на балконе. Потом неспешно обошел их уютную квартирку, подошел к своей чаше. Она была пуста и лишь засохшая по ободкам белая жидкость напоминала о находившемся здесь молоке. После чего он взобрался на стол, на котором лежал сложивши руки Еремей. Приблизился, положил свою лапку на скрещенные руки деда, и в этот момент кто-то из провожавших в последний путь Еремея выкрикнул:
- Брысь, кота!
Мун не шелохнулся.
Тогда тот же мужчина протянул руку чтобы отогнать кота… И поплатился. Мун рассек воздух своими острыми как бритвы когтями оставив на руке незнакомца четыре глубоких пореза.
Мун имел право жить с Еремеем.
Мун имел право попрощаться с ним.
Мун потерял друга.
Мун остался один.

Все эти люди, заполнившие их обитель, пришли попрощаться с отцом, дедом, другом, товарищем, и что выше всяких титулов и званий достойным человеком.
Все они были чужды Муну.
Мун относился к разряду тех кто мог иметь лишь одну семью. И этой семьей был Еремей.

Июль 2003
Тернополь.









• РАССКАЗЫ •

творчество  посетителей cats-портала:

В CATS-библиотеке я постаралась собрать литературные произведения, героями которых являются коты и кошки, либо им отводится небольшая, но заметная роль. Здесь представлены как и всем известные авторы, так и творчество начинающих. Присылайте стихи и рассказы по адресу info@mau.ru

Эротический массаж может использовать какие-то из этих сочетаний, но при этом движения должны быть.

Кошки - счастливые существа. Их вообще ничто не волнует! (Генри Бэйтс)
Все афоризмы про кошек

О лечебных свойствах котов ходят легенды. Котам не выгодно их опровергать.
Юмор про кошек



На главную