CATS-портал mau.ru
Гостиница для кошек в Москве Cat's Dream Hotel

Дмитрий Беляев

СКАЗКИ ПРО КОШКУ ЛИЗУ


Однажды меня пригласили в приличный дом. Там все прилично – приличные тапки в прихожей, приличные чашечки тонкого фарфора, приличные блюдечки. Приличное малиновое варенье и приличные разговоры.

И собака там приличная; всем вновь пришедшим она приносила тапки.

– А вот это сегодня принес Лешенька, – объясняла хозяйка, показывая на молодую неприличную кошечку, развалившуюся посреди дивана.

За столом Хозяйка держала чашечку, элегантно отставив мизинчик. Хозяин, подливая ей чай, превосходил в куртуазности самого Тристана.

Я тоже был приличен – в пиджаке и при галстуке. Я поддерживал беседу о приличном Вивальди – и даже удерживался от того, чтобы обмакнуть печенье в чай.

Кошка же явно была не к месту.

Когда включили Бетховена, она запрыгнула на шкаф, попутно порвав занавески. Спустившись вниз, она забралась на стол и попила из молочника. Получив заслуженную трепку, она обнаружила под креслом корзинку с вязанием – и, естественно, перепутала все нитки.

Наконец, посреди квартета Гайдна она запрыгнула на пианино и стала бегать по клавишам.

Изгнанная из общества, кошечка отомстила хозяевам самым остроумным способом, за что едва не поплатилась головой.

Уходя вместе со всеми гостями, я решил не сообщать хозяевам, что она заснула в моей сумке.

На моем столе звонит телефон. Я снимаю трубку и слышу голос старого приятеля. Я ему рад, и мы долго с ним разговариваем. Потом я кладу трубку на рычаг и вижу, что Лиза смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

– Ты сошел с ума, – говорит мне Лиза.

– Я? Почему ты так думаешь? – удивляюсь я.

– Ты только что разговаривал вон с той вон штукой на столе.– Лиза так возмущена, что даже поднимается на все четыре лапы и выгибает спину коромыслом. Она шипит и показывает телефону, какие острые у нее когти.

– Глупая, – смеюсь я. – Это же телефон.

– Телефон? – Лиза кажется озадаченной. – А что, с ним можно разговаривать?

– Не с ним, а с другими людьми. – Я беру Лизу на руки и иду с ней на кухню – налить ей в блюдечко молока. – У многих людей дома есть телефоны. Все телефоны соединены между собой проводками, чтобы мы могли разговаривать друг с другом.

– Вот как? – Лиза даже подпрыгивает от удивления – но продолжает следить за тем, как я достаю из холодильника молоко. – А кошки могут разговаривать по телефону?

– Ну, во-первых, не все кошки умеют говорить, – отвечаю я. – А во-вторых, кошки сами в каком-то роде телефоны.

Тут Лиза спрыгивает с моих рук, больно оцарапав меня.

Потом кусает меня за пятку – сквозь дырку в носке.

Потом поворачивается и выходит из кухни – даже не взглянув на блюдечко с молоком.

Потом я слышу, как она сбрасывает телефон со стола в моей комнате.

И я слышу, как она пытается разобрать аппарат, приговаривая себе под нос: «Эти жестокие негодяи засунули в каждый телефон по кошке, и разговаривают с ними, когда им становится скучно. Ну ничего, ничего, я освобожу несчастных кошечек, и мы еще отомстим этим варварам».

Я пью на кухне чай, а Лиза сидит на краю раковины.

Водопроводный кран закрыт неплотно, и из него капает вода.

Лиза наблюдает за тем, как капли падают в раковину, как они разбиваются об эмалированное дно, как брызги разлетаются во все стороны, покрывая все вокруг мелкими водяными линзами.

Кап – и Лиза смотрит вниз, в раковину, а потом на кончик крана, где новая капля уже собралась совершить головокружительный прыжок в бездну.

Кап – Лиза следит за падением капли, а потом снова смотрит на кран.

Чтобы лучше видеть, она наклоняет голову – сначала направо, потом налево, потом опять направо…

Затем Лиза долго изучает узоры, которые появляются на бортике раковины от водяных брызг.

Она смотрит на то, как мелкие капельки воды стекают по краям раковины вниз, встречаются с другими каплями, как они соединяются вместе, как становятся все больше и больше, пока, наконец, не исчезают в сливном отверстии.

– Мур-р, – говорит Лиза и смотрит на меня вопросительно. – Вся вода бежит вниз, в дырку. Скажи, куда она попадает из этой дыры?

– В канализационные трубы, – говорю я.

Лиза снова глядит на водяные капли.

– Мур-р, – опять спрашивает Лиза. – А куда они попадают из канализации?

– Из канализации? Наверное, в очистные сооружения.

Получив ответ, кошка надолго погружается в созерцание капель.

– А потом? Ведь все капли бегут вниз. Куда попадает вода из очистных сооружений?

– Потом вода попадает в реку.

Лиза задумывается. Она следит за падением капель – и в то же время размышляет над моими словами. От напряжения у нее дрожат усы.

– А реки? Что происходит с реками? Ведь наверняка все реки тоже текут вниз? Что получается, когда вода попадает в самое низкое место?

– Там получается море. Море – это когда очень-очень много воды собралось вместе.

Лиза еще какое-то время смотрит на падающие капли, а потом со вздохом спускается вниз. Она подходит к блюдечку на полу и лакает белое жирное молоко.

– Я все поняла. Море – это большое блюдечко, только вместо молока в нем вода, – произносит Лиза, выходя из кухни.

И, обернувшись, добавляет:

– Таков конец еще одной мечты.

В моей комнате на полках стоят книги. Когда у меня есть свободное время, я с удовольствием достаю одну из них, сажусь в кресло рядом со столиком, на котором уже стоит чашечка крепкого горячего кофе и тлеет в пепельнице сигарета – и провожу несколько часов, следя за приключениями Робинзона Крузо или историей жизни Клима Самгина.

В такие минуты и Лиза приходит ко мне скоротать вечерок. Она ложится ко мне на колени, оборачивается хвостом и дремлет в уюте и тепле.

Чтобы было совсем приятно, ей нужно, чтобы я ее гладил. Чуть только я отвлекаюсь – например, чтобы зажечь новую сигарету – Лиза удивленно смотрит на меня. Я провожу рукой по ее шелковой шерстке, она и снова успокаивается, закрывает глаза и погружается в буддийское отрешение.

Иногда Лиза выражает свое недоумение – как я могу проводить столько времени, разглядывая маленькие черные пятнышки на страницах – они же все одинаковые!

– Не совсем одинаковые, – отвечаю я. – Они все разные. Каждое пятнышко – это буква. Каждая буква обозначает звук.

– О, – говорит Лиза, – как интересно! Значит, пятнышками можно нарисовать шорох, который издают мыши в норе?

– К сожалению, – отвечаю я, – люди не придумали для этого специальных букв. Вот ты можешь заняться этим и придумать специальные буквы кошачьего или мышиного языка. Но эти буквы обозначают звуки человеческого языка –как мы с тобой говорим.

– Мур-р, – говорит Лиза. – Я подумаю. Но ты вот что скажи. Эти твои пятнышки – что они тебе говорят?

– Как тебе сказать… – отвечаю я. – По разному. В этой книге они рассказывают мне о том, как некий разбойник ехал в Святую Землю. А в той, что лежит на столе – о собаке по имени Белый Бим Черное Ухо.

– Ш-ш-ш, – шипит Лиза. – Вот еще. Собаки, эти наглые животные.

– Ну, это была очень добрая и благородная собака.

– Все собаки наглые. Но не о них речь. Расскажи, неужели тебе так нравится слушать, что говорят эти пятнышки?

– Да, – отвечаю я. – Мне интересно. Каждый раз они говорят мне что-нибудь новое, даже если я уже читал эту книгу.

– Странно, – мурлычет Лиза. – Как они могут говорить тебе что-то новое, если в прошлый раз в книге были те же самые пятнышки, что и теперь?

– Не знаю, – говорю я. – Может быть, я просто не заметил этого в прошлый раз?

– Наверное, – Лиза с наслаждением потягивается и втыкает острые когти мне в колени. – Ведь вы, люди, такие ненаблюдательные! Вы даже не можете придумать буквы для мышиного шороха.

Однажды, вернувшись домой, я вижу, что к Лизе пришли гости. Три симпатичных, хотя и худоватых кошечки чинно сидят посередине комнаты, перед каждой по блюдечку с молоком, а на тарелке в середине – целая гора сушеных мышей.

Кошечки грациозно грызут дичь и запивают молоком. Рядом с по истине королевским величием восседает Лиза. При моем появлении гостьи приподнимаются и растерянно переглядываются, не зная, чего от меня ожидать. По-видимому, они не привыкли бывать в домах при хозяине. Чтобы не мешать им, ухожу на кухню пить чай.

В комнате идет какой-то в высшей степени оживленный разговор. По временам оттуда доносятся кошачьи голоса, сопровождающиеся фырканьем, шипением или мурлыканием. Так они выражают свое отношение к теме разговора.

Иногда они замолкают, потом продолжают беседу.

Вскоре ко мне приходит Лиза. Я спрашиваю:

– Что же ты оставила своих гостей? Или ты пришла еще за молоком? Может быть, принести им творога или сыра с колбаской?

– А они уже ушли.

– Ушли? Но я не слышал, чтобы открывалась дверь.

– Они ушли через окно, – отвечает Лиза.

– Как через окно? – я несказанно удивлен. – По-моему, неприлично заставлять гостей уходить через окно.

– А что с ними сделается? Это же не цацы какие-нибудь. Обычные дворовые кошки. Я и пригласила-то их просто от нечего делать. Ведь надо же мне чем-нибудь заниматься, когда тебя нет дома.

Она садится на подоконник, укутывает лапы хвостом и смотрит на улицу.

– Ах, – говорит она, – кошачья жизнь так тяжела! Приходится общаться со всяким сбродом!

Как ни странно, кошка Лиза прилично играет во многие настольные игры.

Иногда по вечерам ко мне приходят друзья, и мы садимся поиграть в бридж. Лиза с удовольствием составляет нам компанию. Правда, карты для нее великоваты, и ей неудобно их держать, но я придумал для этого небольшую подставку. Когда настает ее черед ходить, она достает нужную карту зубами и кладет на стол. Хотя сдавать за нее приходится всегда мне, но это с лихвой компенсируется тем, что она прекрасный партнер.

Кроме этого, Лиза неплохой шахматист, а в рэндзю она играет намного лучше меня. Она знает также множество других игр, о некоторых из них я услышал впервые от нее. Но главная ее любовь – бридж. Мне кажется, если бы было можно, она проводила за карточным столом круглые сутки, отвлекаясь только для того, чтобы попить молока.

Лиза очень любит разговаривать о бридже. Иногда Лиза заставляет меня раскладывать для нее карты, чтобы она могла решать задачи. Хотя она прекрасно могла бы делать это и сама (ведь перекладывает же она их, делая ходы), но, по-видимому, ей приятно, что я ей помогаю. Когда меня нет дома, она играет в бридж на www.gambler.ru – и прекрасно управляется с мышкой.

Самая большая радость для нее – это узнавать что-нибудь новое о бридже. Например, она часто просит меня почитать ей вслух журнал «Бридж в России». Но вот некоторые вещи она категорически отказывается принять.

В одной из задач, которые она решала, для того, чтобы выиграть сдачу, необходимо на козыря сносить туза в побочной масти. Благодаря этому в нужное время можно было передать ход на нужную руку через ту масть, в которой снесен туз.

Это называется «Императорский маневр».

Лиза категорически отказывается его выполнять.

– Что же это за императоры такие, которые тузов сносят? – говорит Лиза, выбрасывая пятерку.

И удивляется, что никак не может решить задачу.

Я читаю, а Лиза разглядывает зеркало. Она тычется носом в холодное стекло, гладит его лапкой, трется об него щекой, иногда даже лижет его. Ее отражение повторяет малейшее Лизино движение; за его спиной в кресле сидит человек с книгой и, улыбаясь, наблюдает за ними.

Лиза спрашивает у него:

– Скажи, кто из нас настоящая – я или она?

Человек в зеркале молчит, поэтому отвечать приходится мне.

– Наверное, ты.

– Но ведь она такая же, как и я, – не унимается Лиза.

Кошка за стеклом критически ее осматривает.

– Такая же, – отвечаю я. – По крайней мере, очень похожа.

– У нее такие же ушки, такие же глазки, такой же носик.– Лиза поворачивается спиной к зеркалу. Кошка за стеклом, обидевшись на такую невежливость, делает то же самое. – И шерстка у нее такая же, как у меня. И лапки. Она, наверное, так же лакает молоко, как и я. Так же ловит мышей. Так же любит сидеть на столе. Смотри, она даже прыгает так же, как и я.

Лиза запрыгивает ко мне на колени. Вторая кошка точно так же занимает свое место на коленях человека в зеркале.

– В чем же разница? – Спрашивает Лиза.

Я морщу лоб.

– Может быть, все дело в том, что ее нету, а ты есть? – осторожно предполагаю я.

– Как же нету, когда вон она, смотри, свернулась клубочком.

Мне нечем крыть.

– Тогда, наверное, разница в том, что ты можешь выйти из дома, а она нет.

– Почему же она не может? Вон у нее дверь.

Как всегда, Лизе не откажешь в наблюдательности.

– Ну, а сама-то ты как думаешь, кто из настоящая, и где между вами разница? – спрашиваю я и настороженно жду ответа.

– Увы, – вздыхает Лиза. – Настоящая, по-видимому, все-таки, она…

– Вот как? Почему же?

– Потому что она может кое-что такое, чего не могу я.

– Что именно?

Лиза долго молчит.

– Быть одновременно в нескольких местах, - сообщает наконец она, кивая на стеклянную дверку шкафа, где расплывается еще одно наше отражение.

Моя кошка очень любит смотреть телевизор. Она может часами смотреть на экран, и ей все равно, что там показывают – новости, новейший боевик или мыльную оперу. У нее есть, конечно, свои предпочтения (больше всего она любит смотреть – нет, не «В мире животных» – мультфильмы. «Мне нравится, что они все там говорят такими идиотскими голосами», – объясняет она), но тем не менее, она способна поглощать все, что показывают, без разбора.

Однажды я взял ее с собой в кинотеатр, но там ей не понравилось.

– Такой огромный экран. Мне даже немножко страшно стало. То ли дело телевизор, – сказала она – и больше ни за какие коврижки в кино не идет.

Радио она тоже не принимает, мол, говорить я и сама умею. А вот театр – это да, это она любит. Плохо только то, что не всякий раз удается пронести ее мимо билетеров.

Так что телевизор остается ее главным развлечением.

Вот и сегодня она целый день провела перед телевизором. Посмотрела два сериала, одну мелодраму, три ток-шоу и невообразимо много рекламных роликов.

Наконец, слегка одуревшая, она приходит ко мне и просит выключить телевизор.

– Устала? – спрашиваю я ее.

– Аж в ушах шумит. – Лиза сворачивается клубочком во втором кресле и собирается задремать.

– Ну, а что интересного показывали?

Она открывает левый глаз и поднимает правое ухо.

– Как всегда, ничего.

– Так зачем же ты его смотришь, если там нет ничего интересного?

– Я жду, когда мне покажут тебя.

– Меня? – Я ожидал чего угодно, только не такого ответа. – Почему ты думаешь, что меня должны показывать по телевизору?

– А разве ты купил телевизор не для того, чтобы смотреть на себя? – Говорит Лиза и засыпает.

Пристыженный, иду выключать телевизор.

Со шкафа – где, как известно, вековечной пылью покрываются самые интересные артефакты – с победоносным видом Лиза сбрасывает добычу: ватман. Скрученный в рулон, связанный оберточной тесемкой – да ведь это же неотразимый объект для исследований!

Заглянула внутрь, словно в трубу: тоннель как тоннель, и даже свет в конце – в общем, ничего необычного. Забралась туда и с другой стороны выползла трубочистом. Отряхнулась, почихала, полезла обратно. Выкарабкалась – опять в пыли до кончиков ушей.

До моего кресла доносится пыхтение: «Ну, да ладно. Ведь есть еще веревочка – она поинтересней».

Деловито принимается за тесьму, но в узелке застревают когти. С трудом, протащив трубу по всей комнате, выпутывается, подскакивает на полметра вверх и – воздушная атака. Налет с воздуха ни к чему не приводит – та же проблема.

– Ну, ничего, ведь есть же зубы.

Урча, грызет ее, мотает головой и… веревка рвется – Лиза валится и кубарем летит, и катится почти до самой двери.

Оскорбленная, с ощипанным чувством собственного достоинства, оборачивается, чтобы выразить презрение – и застывает с удивленным видом. Труба раскрутилась, и на полу теперь белеет ровный прямоугольник.

– Гм! что за невидаль! Откуда он взялся? И куда же подевалась та штука?

Изогнувшись дугой, опасливо, бочком, подкрадывается. Трубы нигде не видно. Или видно?

Может быть… может, это она? Посмотрим.

Осторожно кончиком когтя зацепляя за кромку листа, тянет его на себя. Вроде получается. Еще немного… так… помочь другой лапкой… так-так-так… выходит… Готово! Вот она, труба!

Преисполненная удовлетворения, спешит в нее залезть, но едва лишь отпускает ватман, как тот разворачивается.

Принимается за дело сначала. Сворачивает трубу. Труба разворачивается. Полная неуемной энергии, Лиза не оставляет попыток. Ватман не менее упрям. Но и Лиза не лыком шита – подтаскивает его под стул. Вот так! Теперь все хорошо, ему нет места развернуться.

– И вот еще я сяду на него.

Труба, конечно, мнется.

Лиза в шоке:

– Несчастные ученые! Неужто, они всегда так мучаются!?

Однажды утром моя кошка проснулась необычно рано. Я еще только-только успел приготовить завтрак, помыть полы, сходить в магазин, и написать всего один рассказ для журнала – выхожу из кабинета, и вижу: она уже проснулась, и не только проснулась, а еще и попила молока, и даже умылась. Я с ней, как водится, поздоровался, пожелал ей доброго утра, и она мне тоже что-то промурлыкала.

Я ее спрашиваю:

– Лиза, как тебе спалось сегодня? –а она мне и отвечает:

– Премного благодарна, прекрасно. Мне снился такой прекрасный сон сегодня.

– Какой же? – спрашиваю, а она мне и отвечает:

– Мне снились коровы. Большие такие коровы.

– И что они делали? – спрашиваю, а она мне и отвечает:

– Они паслись. На серебряном лугу.

– Каком-каком? – спрашиваю, а она мне и отвечает:

– На серебряном, – и мечтательно потягивается.

– Вот как, – говорю я. – А как же они на нем паслись?

– По-разному, – уклончиво отвечает кошка и таинственно мурлычет.

Когда Лиза не хочет, чтобы я ее понял, она всегда переходит на кошачий диалект. Вы спросите, почему же она просто не промолчит? Не знаю, но она часто разговаривает с собой по-кошачьи.

– Что значит – по-разному, – не успокаиваюсь я. – Если луг серебряный, то коровы не могут на нем пастись!

– Еще как могут, – отвечает Лиза и начинает прихорашиваться. – Ведь это были золотые коровы.

– Золотые коровы на серебряном лугу? – удивляюсь я.

– Ну да, – говорит Лиза. Она смотрится в зеркало, чтобы проверить, красива ли она.

– А что делала там ты? – не унимаюсь я.

– Пила молоко. Никелевое. – Лиза почти совсем уже закончила свой утренний туалет. Иногда я даже удивляюсь, как быстро она может справиться с этим – но только не сегодня. Ее сон занимает меня намного больше.

– Никелевое молоко? – Я просто в шоке от услышанного.

– Да, никелевое молоко. – отвечает Лиза и открывает дверь.

– Постой, Лиза, куда же ты?

– В Тибет. Говорят, там все коровы золотые, не то что здесь, – отвечает Лиза и уходит.

Так она и уехала, и с тех пор нет от нее ни слуху, ни духу.









• СКАЗКИ •

творчество посетителей cats-портала:

В CATS-библиотеке я постаралась собрать литературные произведения, героями которых являются коты и кошки, либо им отводится небольшая, но заметная роль. Здесь представлены как и всем известные авторы, так и творчество начинающих. Присылайте стихи и рассказы по адресу info@mau.ru

Одна боль всегда уменьшает другую. Наступите вы на хвост кошке, у которой болят зубы, и ей станет легче. (А.П.Чехов)
Все афоризмы про кошек

Спать коты могут в любом положении, а есть предпочитают на своих четверых.
Юмор про кошек



На главную