FELINE III

Ольга Омельчук

FELINE III


Главное - дружба

Невысоко над сухой песчаной равниной летела птица. Была она нежно-голубого цвета, с радужным павлиньим хвостом и длинными серебристыми крыльями. Из ее клюва лилась чудесная песня, звуки которой были слышны на много километров кругом. За ней следовали животные. Планирующим стилем мчался белоголовый орлан, медленными размашистыми движениями летела белая цапля. Трусил волк, бежал олень. Все они двигались к тому месту, где на земле лежала девушка. Ее глаза были закрыты, из правой руки, изуродованной рваной раной, хлестала кровь. Ее грудь едва вздымалась, лицо сильно побледнело.

Птица наконец увидела ее и прибавила скорости. Красиво приземлилась рядом и снова запела свою нежную песню. Из ее зеленых глаз текли крупные слезинки и капали на рану девушки. Там, куда они попадали, кровь переставала идти, яд терял свою силу, и рана заживала.

Вскоре рана затянулась, исчез даже некрасивый шрам. Птица облегченно вздохнула. Как никак, она – феникс.

Не знаю, сколько я пролежала без сознания. Я не чувствовала себя, ничего не видела и не слышала. Лишь в голове проносились мысли: «Глупый, глупый Адриан… Зачем ты спас меня? Я все равно бы умерла… Ты не знаешь, как тяжело чувствовать на своем сердце вину за твою смерть… Ведь ты погиб из-за меня. Если бы ты не метнул меч в шею дракону, ты остался бы жив… Зачем, зачем ты меня спас?.. Все кончено. Я почти умерла. Еще немного, и яд в конце концов подействует…» Постепенно сквозь темноту стали прорываться какие-то звуки, они становились все громче и громче. Я поняла, что это музыка. Песня какой-то птицы. По телу начало разливаться тепло. Песня пробуждала сознание, боль в теле утихала, и я почувствовала, как что-то долго и настойчиво пытается вырвать меня из небытия…

…Легкий толчок под бок привел меня в чувство. Я открыла глаза, меня тут же ослепил свет. Зажмурившись, я открыла их вновь, заставив привыкнуть. Перед собой я увидела волка, который не переставая легонько толкал меня острой мордой. С левой стороны кто-то еще осторожно поднимал мою руку за рукав джинсовки. Я повернула голову. На песке стояла серая в черную крапинку рысь. Убедившись, что я пришла в чувство, она отпустила одежду и не раскрывая пасти сказала:
- Вставай.

Я потеряла дар речи. Сверху внезапно спланировал красивый венценосный голубь:
- Поднимайся.
- Чего? – ошарашенно спросила я.
- Леситен… Пока ты здесь, твое имя – Леситен, - вздохнул волк. – А теперь вставай.

Я нерешительно поднялась на ноги и огляделась. Меня окружали самые разнообразные животные. Кроме рыси, волка и голубя, здесь еще находились тонконогий олень в великолепными рогами, очень редкая белая цапля, орлан и черная белка – на рогах у оленя.
- Кто вы? – в изумлении спросила я.
- Твои друзья, - фыркнула рысь. Ее голос показался на удивление знакомым. До меня вдруг дошло.
- Саша! Адриан! Женя! И остальные! Вы стали животными! – догадалась я.
- Точно, - поддакнула белка.
- Но кто из вас кто?..
- Слушай. Слушай внимательно, - серьезно сказал орлан. – У нас пока другие имена. Ты знаешь их. Поройся у себя в памяти. Теперь ты знаешь многое.

Обратившись к своей памяти, я действительно нашла там эти сведения. Саша – рысь Синга, Адриан – волк Алан, Артур – олень барасинга с именем Такан, у белой цапли Килы когда-то было имя Ираида, черная белка Кинза не кто иная как Диана, Женька стал орланом Жерором, а Лева превратился в венценосного голубя по имени Лазкан.
- Да, я знаю вас, - согласилась я. – Но почему вы здесь? Разве Зэт не побежден?
- Его тело побеждено, но его душа жива и находится у демона Зотофа, - сказала Кила. – Тебе предстоит выдержать еще несколько испытаний.
- Что? – Я была поражена.
- Теперь твоя миссия – освободить Стаса, - подала голос Кинза, - и помочь Люси.
- Где она?
- Сейчас ее нет с нами. Как только она заживила твою рану…
- Так это она помогла мне?
- Да. После этого она улетела.
- Но как она заживила мою жуткую рану? Там был яд…
- Люси – феникс. Ты можешь помочь ей. Раньше Люси была другим существом. Если ты высвободишь Стаса, чары Зэта потеряют свою силу, и она станет тем, кем должна быть, - объяснил Жерор.
- Что же я должна для этого сделать?
- Зотоф приготовил тебе три испытания. После того как ты их пройдешь, тебе придется сразиться с ним самим и отобрать договор.
- Сразиться с демоном? – перспектива казалась безнадежной.
- Все не так плохо, - утешил меня Такан. – Если тебе потребуется помощь, ты можешь вызвать одного из нас. Вызывать можно любого, но только по одному разу за все время, проведенное здесь. Стоит тебе назвать его имя, как он тут же появится и окажет посильную помощь. Тебе все понятно?
- А что будет, если я умру?
- Ничего. Просто каждый из нас тоже умрет и возродится в то существо, в котором он сейчас находится.
- А я кто?
- Ты – пантера. Разве ты этого не поняла? Хотя тебе, единственной из нас, будет предоставлен выбор, в кого возродиться: либо в мелкого, либо в крупного представителя кошачьих, - сообщил Алан и добавил: - И еще: Зотоф дает тебе оружие: лук и колчан со стрелами. А кинжал остается у тебя.

В ту же секунду у себя за спиной я почувствовала висящий на плече колчан, а в руках у меня появился лук.
- Ты умеешь им пользоваться, - заверила меня Синга. – Попробуй.

В воздухе повисла мишень. Я натянула тетиву и пустила стрелу в красный круг. Она попала точно в яблочко.
- Все. Ты готова, - со вздохом облегчения сказала Кинза. – А теперь скажи: «В путь»
- В путь, - проговорила я. Все исчезло.

Я обнаружила, что стою в каком-то темном коридоре. Мои глаза быстро привыкли к темноте, и вокруг себя я увидела холодные серые стены, которые тянулись далеко вверх так, что, чтобы увидеть их вершину, приходилось далеко задирать голову. Под ногами был каменный пол, а над головой – черное, лишенное звезд небо. Коридор был довольно широк и терялся где-то вдали. Я неуверенно двинулась вперед, сжимая в руке гибкий лук.

Коридор повернул. Пройдя еще несколько метров, я остановилась у развилки. Направо. Вперед. Еще одна развилка. Куда – налево или прямо? Прямо. Я сделала несколько шагов и оглянулась. Все, как и было. Успокоившись, я шагнула вперед и внезапно почувствовала вод ногой пустоту. Отклонившись назад, я упала на спину и присмотрелась.

Впереди меня лежала широкая черная пропасть. Прикинув, я поняла, что не перепрыгну. Что делать?

Неприятная, холодная темнота начала окутывать меня, затягивая в свой бездонный балахон. Казалось, стоило отдаться страху, как он затянет тебя в трясину, из которой нет возврата… Я решительно встряхнулась, выбросив из головы любые мысли о панике, и приподнялась на ноги.

Мне нужен кто-то, кто с легкостью перемахнет через эту пропасть. Кто-то из копытных, к примеру, олень. Олень?
- Такан, - тихо произнесла я.

Рядом со мной прямо из воздуха соткался темно-коричневый грациозный олень. Он наклонил голову с рогами о шесть зубцов и топнул раздвоенным копытом. Затем повернулся ко мне и сказал:
- Привет, Леситен.
- Привет, Ар… Такан.
- Зачем ты позвала меня?
- Помоги мне перейти через эту пропасть.
- Без проблем.

Я взлетела на спину оленю. Он оказался как раз мне по росту. Такан отошел на некоторое расстояние назад и, разбежавшись, прыгнул. Одним махом он преодолел пропасть и грациозно опустился на другой стороне. Я спрыгнула с него и, прежде чем он исчез, спросила:
- Такан, что это за место?
- Лабиринт. Ты должна преодолеть его. Пропасть – это только начало. Будь храброй. Удачи. – Олень растворился. Я пошла дальше.

Поворот. Еще один поворот. Развилка. Налево. Направо. Прямо. Снова поворот и снова развилка. Налево… Я думала, что буду блуждать вечно.

В лабиринте посветлело. Небо из черного становилось нежно-голубым, хотя никаких лучей солнца или чего-то в этом роде на нем я не заметила. Я смогла наконец-то оглядеться. Стены были из широких серых камней, обрамленные темно-зеленым плющом. Странно, как это я не увидела его раньше? По полу стелились лианы, словно черные веревки. Неожиданно они зашевелились.

Я отпрыгнула к стене и почувствовала, как усики плюща хватают меня за одежду и не дают пошевелиться. Лианы подползали все ближе и ближе. Их нити коснулись моих ступней и опутывая ноги поползли вверх, к шее.

Одним могучим рывком я освободила правую руку и выхватила из-за пояса сохранившийся там серебристый кинжал. Собрав всю свою силу и ловкость, я изогнулась и полоснула острием по нитям на ногах.

Лианы противно запищали и отступили. За дело взялся плющ. Но я уже знала, как с этим справляться. Начав сопротивляться, я рвала его цепкие усики, топтала звездчатые листья. Плющ благоразумно решил не лезть ко мне. Я с облегчением выбежала на середину коридора, уже свободного от лиан. Стена выглядела довольно жалко. Ну что ж, она получила по заслугам. Я отправилась дальше.

Прямо, прямо, прямо. Развилка: пять направлений. Лабиринт становится все запутанней и запутанней. Северо-восток. Прямо, прямо, поворот, снова прямо… Когда же это закончится? Поворот. Кажется, я здесь уже была. Нет, ошибка. Снова прямо.

Скоро я перестала различать право и лево. Шла, куда вели ноги, лишь проверяя наличие опасностей. Описывать все быстро, но моя прогулка продолжалась уже больше трех часов. Ноги начали противно ныть, усталость сковывала движения. Когда уже начнется хоть что-то интересное? Странно, но я хотела, чтобы испытания продолжились…

В небе послышались визгливые крики. Я подняла голову. Ко мне стремительно приближались четыре точки. Я узнала в них гарпий: грязных птиц с женскими лицами и грудью. Правда, клыки во рту были у них отнюдь не человеческие, а глаза тем более. Они были полны злобы, алчности, в них светилась жажда крови. Я вытащила лук и зарядила стрелу.

Издав боевой клич, одна из птиц пошла в атаку. Ее крыло пронзила метко посланная мною стрела с четырехгранным наконечником. Перья гарпии вдруг стали чистыми, с них осыпалась грязь, исчез неприятный запах. Бывшие товарки забили ее до смерти.

Моя следующая стрела попала в горло еще одной гарпии. Брызнула зеленая кровь, птица упала на землю и обратилась в черную пыль.

Своего счастья решила попытать третья гарпия и тут же потерпела неудачу. Ей стрела вонзилась в ногу и окрасила птицу в нежно-коричневый цвет. Она с яростью бросилась на свою соратницу. Бой завязался в воздухе и кончился на земле. «Очищенная» гарпия победила. Четвертая птица обратилась в пыль, а она, помахав мне крылом, исчезла в голубом небе. Но еще до этого я успела поймать ее взгляд. Он светился лаской, добротой и любовью ко всему миру. Странно, зачем стрелы Зотофа возымели такое действие? Решив не забивать голову всякой чепухой, которую мне не дано понять, я продолжила свой путь.

Прямо. Поворот. Поворот. Развилка. Налево. Прямо, прямо, прямо… Какой длинный коридор. Прямо. Впереди забрезжил свет. Выход из лабиринта уже близко. Я подняла голову, оторвавшись от созерцания каменного пола, и мне открылось такое зрелище, что я не смела ступить дальше…

Передо мной расстилалась необъятная зеленая равнина. Над ней палило золотое солнце. А на равнине… На равнине паслись единороги. Они были так прекрасны, что я не могла отвести взгляд. Их белоснежные шкуры серебрились на солнце, длинные светло-серые гривы развивались на легком ветерке, а гибкий львиный хвост с роскошной кисточкой неподвижно висел в воздухе. На лбу у каждого животного красовался длинный закрученный небесно-голубой рог. А удивительней всего были их глаза – человеческие, полные мудростью мира, глубокие, как бездонное море.

Я робко пошла вперед. На меня никто не обращал внимания, единороги, казалось, не замечали моего присутствия. Я проходила мимо этих прекрасных созданий, не уставая любоваться ими, но в то же время смотрела вперед и не видела ничего, кроме зеленой травы. Равнина была непроходимой. И что мне делать?

Мои мысли словно были услышаны в Запределье. На своем плече я почувствовала прикосновение маленьких лапок белки Кинзы. Она усмехнулась:
- Нравится? Эта долина полностью принадлежит единорогам, она даже называется – Равнина Единорогов.
- Они великолепны, - шепотом сказал я.
- Да, - согласилась Кинза, - и очень благородны. Твоя задача такова: ты должна приручить единорога. Без него ты не сможешь потом вырваться из Версалии.
- Откуда?
- Версалии – страны, вернее, мира, в котором ты находишься. Он создан колдунами и демонами. И если ты на Равнине Единорогов, то потом ты можешь оказаться в… Короче, здесь все непрерывно меняется. Бой сейчас ведет Зотоф, он будет отправлять тебя в любые измерения, куда ему захочется. Ясно?
- Ага. Более-менее.
- Ничего, скоро ты все поймешь. А сейчас помни: приручи единорога. Выход с Равнины: прямо на север в сопровождении твоего рогатого друга. Все, пока! – Белка испарилась.

Я вздохнула. Как можно приручить такое гордое создание? Да они на меня даже смотреть не хотят! Так, ладно, без паники. В путь.

Я шла по нежной траве, прикидывая, с кого начать. Неожиданно мой взгляд остановился на одном из животных. Оно паслось в некотором отдалении от общего стада и выглядело довольно чудно. Да, оно было белоснежным, но его грива была длинней и гуще других, причем была она цвета седеющей луны – так будет точнее. На внешней стороне передних и задних ног и по всему крупу единорога бежали причудливые узоры того же цвета, копыта его были серебристыми и не раздвоенными, как у остальных единорогов, а рог отливал лиловым. Глаза животного поразили меня – с красными зрачками и голубой радугой, в них чувствовалась глубокая печаль и обида. Очевидно, его собратья презирали его за его окрас, и единорог всегда бродил в одиночестве.

Мне стало жалко беднягу, и я решительно направилась к нему. Единорог заслышал мое приближение и поднял голову.
- Привет, - сказала я. – Меня зовут Леситен. А тебя?
- Я Промашка, - грустным голосом представилась единорог.
- Запутанно, – сказала я. – Можно звать тебя Ромашкой?
- Пожалуйста, - согласилась Промашка.
- Значит, так, - начала я, - я хочу, чтобы ты стала моим другом.
- Почему?
- Ты такая грустная. Бродишь одна. Мне жалко тебя. Почему ты такая?
- Только из-за этого? Я раньше не видела тебя здесь. Пришла и сразу же решила со мной подружиться, потому что тебе стало меня жалко? Не верю.
- Ладно, не буду темнить. У меня идет поединок с демоном Зотофом. И, когда я одержу над ним победу, мне придется поскорее убираться из Версалии.
- Откуда?
- Из мира, где мы находимся.
- Мы находимся на Равнине Единорогов.
- Ну да, а Равнина Единорогов – часть Версалии.
- Надо же. Не знала.
- Долго объяснять. Для того чтобы уйти отсюда, мне нужен кто-то, кто с радостью довезет меня до выхода.
- И ты хочешь, чтобы я…
- Да.
- Хм, - Ромашка задумалась.
- Ну что ж, - сказала она после нескольких томительных минут, - я согласна. А со мной ничего не случится?
- Нет. Ты вернешься на Равнину.
- Ну хорошо. Пошли, я провожу тебя к концу Равнины. А по пути ты мне все подробно объяснишь.
- Можно мне сесть на тебя?
- Садись.

Я села на нее верхом, и мы рысью пошли на север. По пути я рассказала Промашке про то, как здесь очутилась, умолчав о том, с чего все начиналось. Она с сочувствием выслушала мой рассказ о смерти моих друзей и сказала:
- А вот у меня никогда не было друзей.
- Почему? – удивилась я.
- Не знаю, - вздохнула Промашка. – Все единороги отвергают меня из-за моей окраски. И как я только такой родилась?
- Скорей всего, ты своего рода альбинос среди единорогов, - предположила я. – Поскольку они все белые, то ты получилась другой. Так бывает и в нашем мире.
- Не поняла.
- Ну, как тебе объяснить… У вас здесь есть какие-то другие животные, кроме единорогов?
- Есть грифоны.
- Какого они цвета?
- От черного до фиолетового.
- Ну вот, а среди них может родиться абсолютно белый грифон с розовыми глазами. Он и будет альбиносом. Как ты. Но это только предположение.
- Так значит, я – просто ошибка природы? – радостно воскликнула Ромашка.
- Ну да, а что здесь веселого?
- Все единороги считают, что я слишком много о себе возомнила и сделала себя другого цвета. Поэтому они не хотят со мной общаться. Теперь я им все объясню, и у меня появятся друзья! – От счастья Ромашка прямо-таки загарцевала. – Спасибо, Леситен! Я так рада, что встретила тебя!
- Да не за что, - улыбнулась я.
- Ну все, жду следующей встречи, - неожиданно сказала Ромашка. – Как только будешь выбираться, позови меня.
- О чем ты? – удивилась я.

Но ее уже не было поблизости. А я стояла возле огромной отвесной скалы.

Вершина скалы терялась в облаках. Это был острый пик, на котором я, прищурив глаза, разглядела огромное гнездо. Добраться до него не было никакой возможности. Посмотрев по сторонам, я обнаружила, что во всех направлениях располагаются такие же, но меньшие по размеру, острые скалы.

Прежде чем я успела подумать, какое испытание я должна пройти здесь, в голубом небе раздался чей-то грозный клич. Задрав голову, в вышине я увидела приближающуюся ко мне точку. Она все росла и росла, пока не превратилась в исполинскую птицу. Птица имела огромные размашистые крылья, большую голову с крючковатым клювом, довольно маленькое по сравнению с крыльями тело и лапы, заканчивающиеся длинными острыми когтями. Она очень смахивала на орла, а в цвете ее перьев были все оттенки коричневого. Птица издала еще один клич и сложив крылья бросилась вниз, прямо на меня.

Я поняла, что это за чудовище. Птица-рок. Скорей всего, в ее гнезде лежат яйца, и она подумала, что я хочу забрать их. Как же хотелось убедить ее в обратном! Но птичьего языка я не знала, поэтому, стараясь не впадать в панику, бросилась бежать.

Когти птицы едва не коснулись моей спины, когда я подбегала к ближайшей из скал. Однако она промахнулась и, развернувшись, снова пошла в атаку. Я к тому времени перебегала к другой скале. Рок хотела схватить меня, но я так сильно вжалась в трещину в камне, что она не смогла меня достать. Птица поднялась в небо.

Мне не удалось даже перевести дыхание. Сверху я услышала все нарастающий гул. Похоже, разозленная махина решила устроить камнепад. Если я отсюда не выберусь, меня просто-напросто завалит камнями. Придя к этому выводу, я тут же выбежала наружу.

Птица-рок уже поджидала меня. Прямо со скалы, на которой она висела, вцепившись когтями в камень, она устремилась вниз. Как раз в тот момент, когда она подлетала, я упала на землю. Птица снова промахнулась и взвилась вверх, не оставляя надежду расквитаться со мной. Ей довольно трудно было маневрировать среди скал, так как размах ее крыльев достигла не меньше пятидесяти метров, чем я и пользовалась. Однако, что же я вечно буду так прятаться от нее?
- Помоги, Лазкан! – закричала я, видя, как рок складывает крылья, чтобы снова ринуться вниз.

С земли в вышину вспорхнул синий голубь. Он устремился наперерез исполинской птице, и, какой бы огромной та не была, она заметила пичугу и повернула, вновь издав клокочущий звук. В нем, однако, не было слышно угрозы или злобы, скорей, просьба к голубю все разъяснить. Медленно махая крыльями, рок замерла в воздухе напротив непрерывно трепещущегося венценосного голубя. Они смотрели друг на друга и, видимо, беседовали.

Я тем временем пыталась успокоить бешено колочущееся сердце, вовсю успокаивая себя, что Лазкан объяснит птице, что я ни в чем не виновата.

Время тянулось нестерпимо медленно. Я неподвижно смотрела на небо, пытаясь разглядеть там хоть какой-то намек на солнце или какое-либо другое светило. Но оно освещалось по своим правилам и оставалось безупречно голубым и светлым. Неожиданно что-то затмило его – это птица-рок вновь расправила свои крылья и вместе с голубем спустилась на землю. Лазкан сел мне на плечо, а она примостилась на скале. Видно, это был ее любимый насест.

Я повернулась к голубю. Он проговорил:
- Я все обсудил с Кенси. Она согласна.
- Согласна на что?
- Понимаешь, дальше за этими скалами начинается обширная Суховейная пустыня. Человек преодолеет ее не меньше чем за неделю. Твое время жестко ограничено. Вот Кенси и согласилась перенести тебя через нее.
- А что за пустыней?
- Твое следующее испытание.
- А почему твоя Кенси напала на меня?
- Она подумала, что ты еще одна охотница за ее яйцом.
- Еще одна?
- Да. Знаешь, сколько арабов приходит сюда, что забрать ее яйцо? Говорят, оно приносит счастье и богатство тому, у кого оно есть. Правда, только, если птица-рок не заметит…
- Арабов? – усмехнулась я. – Но я же не араб.
- Откуда ей знать. Для нее все люди на одно лицо. Все, хватит болтать. Забирайся ей на спину и хорошенько держись за перья. Птица-рок летает очень быстро.
- Спасибо за предупреждение.
- Не за что. Пока.

Я, судорожно сглотнув, направилась к Кенси. Та осторожно спустилась на землю. По сравнению с ней, я казалась какой-то букашкой. Кенси приветливо зарокотала и опустила свое крыло так, чтобы оно коснулось земли. Я взобралась на него, а потом, стараясь не поскользнуться на плотно лежащих перьях, перешла на спину. Хорошо, что крыло Кенси было полусложено, иначе до спины я бы добралась не сразу. Усевшись на мягкое оперение птицы, я ухватилась за перья. Они были на удивление прочны.

Кенси, почувствовав мое прикосновение, расправила крылья и взмыла в воздух.

Медленно поднялись мы над землей. Скалы внизу становились все мельче и мельче, а ложбина постепенно превращалась в большой ровный песчаный круг, обрамленный узором из камней. В конце концов, облака скрыли обзор, и птица-рок полетела вперед и чуть вниз, набирая скорость. Лететь было замечательно. Я крепко вцепилась в перья и с любопытством смотрела по сторонам. Высоко вверху были густые белые облака, впереди по бокам расстилалось голубое небо, а внизу пролегала светло-желтая пустыня. Она была песчаной, но песок располагался не барханами, а ровным слоем, покрывающем землю. Я заметила, что в этой стране нет ветра. Неудивительно, что песок не движется. Птица-рок мерно махала длинными коричневыми крыльями, но двигались мы на удивление быстро. Огромные равнины песка оставались позади, а мы, казалось, зависли на одном месте. Ветер не дул в лицо, тело птицы-рок почти не двигалось, и я решила немного подремать, чтобы время отведенное на перелет, прошло быстрее. Однако, стоило мне закрыть глаза, как меня тут же одолел сон. Мне снилось, что я сижу дома и смотрю телевизор. В квартире, кроме меня, никого. Звонит телефон:
- Алло, Лесь, ты?
- Привет, Саш.
- Идешь?
- Конечно.

Я не была участницей этого сна, лишь наблюдала. Я видела, как я вышла из дома и направилась к школе, расположенной неподалеку, у которой мы всегда встречались. У ворот уже стояли Дина и Ира. Подошла Саша. Подъехали Артур и Лева, а скоро и Женя с Адрианом. Мы снова вместе…

На мои глаза накатились слезы. Я проснулась и ощутила, что они уже давно катятся по щекам. Те безмятежные дни канули в прошлое, казалось, не я проживала их. Учеба, частые прогулки, тусовки – как много бы я отдала, чтобы снова вернутся в тот мир! Я до сих пор была в том сне. Будто не я сижу на спине у… Постойте, да я же лежу на песке! Неужели птица-рок высадила меня, пока я спала?

Я поднялась на ноги, и в лицо мне дунул горячий сухой ветер. Я стояла на одном из барханов Суховейной пустыни… Стоп!!! Здесь нет ветра! Здесь нет барханов! Это что, мираж? Я основательно встряхнула головой…

Птица-рок издала клокочущий звук, вырвав меня из миража. Я посмотрела вниз и увидела, что песка становится все меньше и меньше, а его место занимает пышная зеленая трава вперемешку с невысокими деревцами. Кенси пошла на снижение. Я покрепче сжала руки.

Через несколько минут мы были на земле. Рок снова спустила крыло, и я съехала вниз по скользким перьям. Стоило мне спуститься, как она поднялась вверх и улетела. А я пошла вперед.

Скоро местность изменилась.

Я начала встречать высокие борта чьих-то гнезд. В одних не было ничего, они были заброшены. В других я обнаружила горстки пепла и несколько старых перьев. В третьих сидели облезлые птенцы. А в четвертых… В четвертых тоже ничего не было, но они были ухожены, как если бы птица жила в них, а сейчас куда-то ненадолго улетела.

Но вскоре гнезда пропали, и снова потянулась широкая полоса зелени. На горизонте я заметила какие-то сооружения и прибавила шаг. Подойдя ближе, оказалось, что это тоже гнезда, правда, более широкие и с менее высокими бортами.

А в гнездах сидели птицы удивительной красоты. Они имели длинную шею и хвост, гибкое тело и золотистые лапы. На голове у каждой был небольшой хохолок. Расцветка же была самая разнообразная, и именно она поражала и восхищала взгляд. Бордовые, синие, красные, зеленые, с золотистыми кольцами вокруг шеи, разноцветными хвостами ярких, сочных цветов, оттеняющие цвет тела, длинные крылья с серебристой, песчаной и морской подкладкой… Перечислять долго. Можно сказать только то, что я остановилась и завороженно переводила взгляд с одного на другого и не могла оторваться.

Птицы жили семьями, по две взрослые особи в каждой, с птенцами. В начале я не совсем поняла, кто они, но когда в одном из гнезд белое яйцо превратилось в кучку пепла, а затем из нее вылез облезлый птенец, до меня наконец дошло. Фениксы. Много прекрасных фениксов.

Одного из фениксов заинтересовало то, что я неподвижно стою посреди поляны, так что он спрыгнул с гнезда и направился ко мне, изящно переставляя ноги. Он был блестящего коричневого цвета, на шее имел три перекрывающих друг друга золотых кольца, его крылья были темно-синими, с двумя дополняющими цветами – розовым и лиловым – которые сменяли друг друга при движении; длинный хвост его волочился по земле и был цвета морской волны, а также на концах перьев были золотые овалы с серебряной серединой. Глаза у феникса были светло-желтыми, а хохолок – темно-зеленым. Подойдя ко мне, он остановился, смерил взглядом и сказал:
- Приветствую тебя, незнакомка. Что привело тебя в страну фениксов?
- Ну… - сама не зная, отвечала я, - полагаю, мне надо пройти дальше.
- Это невозможно, - категорически заявил феникс. – За нашей страной находится толстая стена. Только мы, возрожденные из пепла, способны преодолеть ее.
- Как же… Как же так? – растерялась я. – Я должна идти дальше. Должна…
- Ничем не могу помочь. Не в наших силах побеждать огонь для чужих.
- А что, если… - Меня вдруг озарило. – А что, если я пройду сквозь эту стену вместе с тобой?
- Это как? – не понял феникс.
- Если я возьму тебя на руки, возможно, пламя не тронет меня.
- Невозможно, - повторил он, - мы не можем превращать в огонь тех, с кем соприкасаемся.
- Давай попробуем, - попросила я. – Прыгай мне на руки.
- Ни за что.
- Я ничего тебе не сделаю. Пожалуйста, - умоляюще сказала я.
- Ладно. Но если ты умрешь, или ничего не получится, ты вернешься туда, откуда пришла, - с этими словами феникс взлетел и опустился мне на руки.

Я вдруг почувствовала сильный жар. Он разливался по всему телу, заставляя сердце биться сильнее с каждым ударом. Все мои чувства мигом обострились, и я больше не чувствовала плоти. Мне казалось, что я живое пляшущее пламя, буйное и беззаботное. Стоит подуть ветерку, и я погасну, но одной маленькой искорки достаточно, чтобы я вновь возродилась…

Должно быть, мои глаза остекленели, пока я переживала эти ощущения, поскольку феникс, обернувшись на меня, издал громкий крик и слетел на землю. Чувство, что я огонь, мигом исчезло.
- Это было… неописуемо, - пробормотала я с восхищением. – Я словно стала огоньком. Ты почувствовал это? – Что-то породнило меня с этим фениксом, и общаться с ним стало легче.
- Да, - глубокомысленно сказал тот, - ты действительно внутренне превратилась в пламя. Ты пройдешь через огненную стену.

Услышав эти слова, я облегченно вздохнула и радостно отметила, что еще не все потеряно. Пройдя стену, я, скорей всего, выйду на бой с Зотофом и, если выиграю его, то… Ладно, об этом еще рано думать. Но все внутри меня все равно счастливо сжалось.
- Ну так что, мы пойдем? – с надеждой спросила я феникса.
- Да, конечно. Но для начала. Как твое имя?
- Леситен. А твое?
- Я Арагон. Все. Теперь мы можем идти.

Феникс зашагал вперед. Я неуверенно двинулась за ним, с опаской наблюдая за оставшимися сидеть в гнездах фениксами. Они не сводили с меня внимательных глаз, а жена Арагона возбужденно захлопала крыльями и запела. Я сделала еще один шаг, и все фениксы тут же слетелись к мои ногам и угрожающе закричали, что совсем не было похоже на их нежные песни. Арагон остановился. Я тоже.
- Пустите нас, друзья, - миролюбиво сказал мой феникс.
- А куда вы направляетесь? – подозрительно спросила изумрудно-зеленая самочка.
- Я хочу провести Леситен через огненную стену, - ответил Арагон.

Фениксы заволновались. Они подскакивали в воздух и махали крыльями, преграждая мне дорогу.
- Человека… Через огненную стену! Арагон сошел с ума! Он совсем помешался! – слышались возбужденные голоса. – Нельзя пускать их туда! Стена погубит человека, а Арагон потеряет вечную жизнь! За кем мы пойдем? Кошмар! Кошмар!
- Успокойтесь, успокойтесь! – попытался утихомирить их Арагон. – С ней ничего не случится!

Но никто не слушал его. Фениксы, не переставая галдеть, вдруг выскочили на дорогу, по которой мы с Арагоном шли вперед, и загородили нам путь. Затем замолчали и уставились на моего феникса, ожидая разъяснений. Арагон посмотрел на меня. Я кивнула. Он начал:
- Друзья, я совершенно, без всякой опаски за человека и себя, провожу Леситен через огненную стену. Ибо, когда она взяла меня на руки, я почувствовал, как она превратилась в пламя. В живое, настоящее пламя.

Фениксы начали переглядываться. Арагон повысил голос:
- Да, мой огонь передался ей. Мы стали одним существом. Мы стали огнем. И мы пройдем через огненную стену без малейшего риска.
- А если ничего не выйдет? – спросил темно-синий феникс.
- Да! А вдруг все пойдет прахом? – вступила золотистая самочка. – Арагон – ты Верховный Староста. Ты не должен рисковать. Аматеур вырастет нескоро. А другого правителя нам не найти.

Фениксы опять расшумелись. А я схватилась за голову. Повезло же мне: встретилась с самым главным фениксом! И сейчас являюсь причиной раздора между ним и его подданными! Здорово. Не дай бог, еще гражданская война начнется…
- Тихо, тихо, друзья мои, - сказал Арагон. Его голос звучал строго, в нем слышалась власть. - Я не умру. Скоро вернусь. Не беспокойтесь.
- Хорошо, - сказал светло-фиолетовый самец, - мы согласны на все это. Но по закону мы не имеем права пропускать чужестранцев без определенной пошлины. Скажи, Леситен, что ты можешь нам преподнести или показать?

Я задумалась. Единственное, что я могу показать, это какой-то трюк с помощью моих друзей. Но кто именно должен помочь мне, чтобы удовлетворить фениксов? Я бессмысленно переводила взгляд с одной птицы на другую, пока мне на ум не пришла одна мысль. Среди фениксов не было ни одной птицы, у которой в оперении был бы белый цвет. А что, если…
- Слушайте, фениксы! – громко сказала я. – Знаете ли вы, что такой белый цвет?

Они стали удивленно переглядываться и шептаться. Я втайне улыбнулась.
- Вижу, что нет. Пропустите ли вы меня, если я покажу вам птицу с полностью белым оперением?

Фениксы довольно закивали.
- Смотрите же! – вскричала я и тихо сказала:
- Помоги, Кила…

В тот же миг передо мной появилась цапля. Оперение ее было столь белоснежно, что оно заискрилось на свету. Грациозно переступая с лапы на лапу, Кила демонстрировала свое великолепие. Фениксы были поражены. А цапля, чтобы еще больше усилить эффект, распустила хвост. Длинные, пушистые, как на подбор, белые перья встали над ее спиной роскошным веером. Еще немного покрутившись перед зрителями, птица исчезла. Фениксы расступились, до сих пор не придя в себя. Проход был свободен.

Мы двинулись в путь. Арагон взлетел мне на плечо и, крепко вцепившись когтями в джинсовку, уселся там. Оказалось, что он был легкий, почти невесомый, что не скажешь по его виду. Он был гораздо крупнее самого большого павлина и более изящным. Шея у Арагона сравнивалась с фламинго, а золотой клюв – с орлиным. Я решила поговорить с ним, чтобы побольше узнать о фениксах.
- Скажи, Арагон, - начала я, - а сколько живут фениксы?
- Три тысячи лет, - ответил он.
- Что?! – поразилась я. – Сколько же у вас длится один год?
- 500 дней.
- А-а. Тогда ладно.
- Наша жизнь начинается с яйца, как и у любой нормальной птицы. Его сносит самка. Она садится на него и высиживает ровно неделю. После, когда мать начинает слабеть, яйцо превращается в пепел, и из него вылупляется птенец. Растет он 21 день. За это время самка снова в расцвете сил и начинает учить его летать и питаться, а также остальным нашим способностям, которые не могут действовать без особой тренировки. Обучение длится примерно месяц. Тогда птенец, а ныне взрослый феникс, улетает в центр страны и строит себе собственное гнездо. Живет в нем, пока не начинается цикл превращения. Феникс слабеет, дряхлеет, через неделю – сгорает заживо и возрождается из пепла. Следующее время, 13 дней, он растет, а, снова оперившись, подыскивает себе подругу примерно того же возраста. Они совершают брачный обряд, и самка сносит яйцо. И так все начинается снова.

Я с интересом слушала Арагона. А он рассказывал вдохновенно, так, как будто для него это самое святое, самое единственное, то, что нужно донести остальным. У меня скопилось множество вопросов, и, как только он закончил, я спросила:
- А что у вас за гнезда с высокими бортами?
- Это жилища стариков, - не заставил меня ждать Арагон. – Мы редко доживаем до трех тысяч. Чаще всего, предельный возраст – 2500 – 2700. Как только мы чувствуем приближение смерти, мы уходим из сообществ на окраины и поселяемся как отшельники.
- А почему в некоторых гнездах сидят птенцы?
- Цикл превращений не останавливается даже в старости. Но протекает он гораздо медленнее. Птенцы, бывает, по три, а то и четыре недели сидят в юнцах.
- Так, еще один вопрос, давно меня интересующий: от чего зависит ваше возрождение из пепла? Почему вы сгораете?
- Все очень просто. С самого начала, еще когда мы сидим в яйце, в нашем теле борются две силы: жизнь и смерть, существование во плоти и беспокойное пламя. Пока птенец маленький, пламя в нем побеждает, и яйцо сгорает, превращаясь в пепел. Тогда огонь исчезает. Но в пепле остается крупинка, маленькая частица жизни. Из нее-то и появляется новорожденный птенец. Теперь победа надолго остается за жизнью, получившей первенство. Птенец растет, развивается, постепенно превращаясь во взрослую птицу. Силы плоти и пламени уравновешиваются. Но через некоторое время пламя все равно побеждает, таков закон. Феникс начинает ослабевать. Жизнь угасает в нем, а смерть приближается. Феникс сгорает и возрождается по той же причине, что и в детстве. Цикл превращений продолжается многие столетия, пока огонь в конце концов не одержит верх над плотью. Феникс навсегда становится пеплом, не имея больше возможности возродиться. Такое возможно только для нашего народа, потому что в нас изначально живет магия. Однако мы, в отличие, от нескольких других народов фениксов, не бессмертны, что, впрочем, и лучше. Не представляю, что бы я делал, если бы имел вечную жизнь…

Я осталась под большим впечатлением и шла дальше, тщательно обдумывая слова Арагона. Получается, победа не всегда обязательна. Иногда она может привести к смерти. А насчет бессмертия я была согласна с фениксом: вечная жизнь – штука, конечно, неплохая, но в конце концов тебе надоест постоянно жить. Захочется отдохнуть, и придется прерывать свое существование самостоятельно. Да, оно уже не будет жизнью, потому что постепенно утратит всякий смысл. А смерти тоже нужно когда-то уступать. Ведь горе она может принести только окружающим, а не тебе самому. Ты просто освободишься ото всех забот, унесешься туда, где ничто не угрожает, ничто не давит, и на своих живых друзей ты будешь смотреть с сожалением, желая им, однако, более долгой жизни, нежели твоя… Не знаю, что это меня потянуло на философию, возможно, такое влияние на меня оказывал мой друг-феникс.
- Стена! – вдруг прервал мои мысли Арагон. – Огненная стена!

Я вернулась на землю и быстро кинула взгляд в направлении, указанном Арагоном. Впереди, насколько хватало взгляда, был огонь. Он тянулся слева направо и сверху вниз, и не было ему видно ни начала ни конца. Наверное, эта стена пронизывает всю Версалию, предположила я. Все вокруг было выжжено, а пламя бушевало, стремясь захватить все новые земли. Сразу стало жарко и неуютно. Я прикрыла глаза рукой, которые тут же нещадно защипали от идущего в мою сторону огненного жара.

Арагон молча слетел с моего плеча мне на руки и устроился, словно в люльке. Я снова почувствовала, как все тело пронизывает жар. Несмотря на то что ноги стали неощутимы, я двинулась вперед и скоро слилась со стеной.

Я мгновенно забыла обо всем. Гармония окутала меня, заставляя отречься от земных проблем. Мне казалось, что я взлетаю в воздух, будто легкое перышко, и не должна ни о чем беспокоиться. Вопросы стали вставать передо мной. Зачем мне все это? Какой смысл сражаться с Зотофом, если мы, даже если умрем, станем животными? А если даже я и одержу победу над ним, захотят ли мои друзья возвращаться к человеческой жизни? Ведь у них сейчас своя, особая жизнь в теле зверя, зачем лишать их ее? Нет, наверное, мне лучше вернуться, пока не поздно. Или умереть, обретя себя как дикую кошку, как не приручаемую пантеру…

Арагон услышал мои мысли, почувствовал мои сомнения в этой авантюре и закричал, прерывая шум пламени:
- Нет, Леситен! Не поддавайся! Вечная беззаботность пламени охватывает тебя, заставляет стать частицей его самого. Помни: у тебя есть цель! Есть друзья, которые ждут тебя!

Я хотела отмахнуться от феникса, как от назойливой мухи, просто скинув его с рук. Но вдруг вспомнила, что если исполню это, то сгорю здесь заживо. Слова Арагона вернули меня к действительности, и я, покрепче прижав к себе феникса, бросилась бежать. Языки пламени хватали, держали меня за руки и ноги, не давая идти вперед. Но я прорвалась. Выскочила из этой стены. Вдохнув свежий воздух, я улыбнулась и оглянулась. Позади меня бушевал огонь, разгневанный, что не смог удержать меня. В бессильной ярости язычки лизали воздух, тянулись к небу и угасали, не находя себе опоры…
- Прощай, Леситен! – грустно сказал Арагон. – Я не могу дальше идти с тобой. Но ты доказала, что ради дружбы ты готова на все, какой бы бессмысленной не была твоя цель. Я навсегда запомню тебя, запомню твое упрямство и смелость. Наверное, ты избранная.
- Почему? – удивилась я.
- Знаешь, почему остальные фениксы так разволновались, когда я сказал, что поведу тебя через огненную стену? Потому что ты не первая, кого пытались провести. Все предыдущие путники сгорали, либо сбрасывая с рук проводников, либо пламя в нас просто не принимало их. А теперь удачи! Надеюсь, мы еще встретимся! – С этими словами феникс внезапно исчез с моих рук, не оставив и следа.
- Прощай, - сказала я в воздух. – Еще раз спасибо, Арагон…

Настало время отправляться дальше. Дальше в неизведанное…

Я решила сделать привал и хорошенько все обдумать. Только сейчас до меня дошло, что препятствием были не фениксы, а огненная стена. Ведь, слившись с нею, я хотела повернуть обратно, поскольку думала, что моя цель не оправдывала средств. Но, снова вернувшись в обычное состояние, я осознала, что все мои ранние доводы были сущей несуразицей. Ну, в самом деле, есть ли действительная гарантия, что Зотоф оставит нас всех в облике животных? А вдруг он просто уничтожит наши души и отправит их в никуда? И почему я подумала, что моим друзьям нравится быть другими? Внутри они все равно люди, их жизнь в человеческом облике еще не закончена, им просто ни к чему обращаться в животных. Они должны остаться людьми несмотря ни на что. Да, правильно сказал Арагон, у меня есть цель! И все пути к ней, какими бы сложными и опасными они ни были, все равно правильны!

Я поднялась. Крепко сжав в руке гибкий лук. Глубоко вздохнула и пошла дальше. Вокруг была все та же голая пустыня.

С каждым моим шагом природа, точнее, окружающая меня местность, изменялась. Из земли пробивались стебли могучей ярко-зеленой травы, которая перерастала в крепкие деревья с широкой кроной, по их стволам одна за другой ползли темно-коричневые лианы, постепенно обрастающие лишайником; распахивали свои веера различные папоротники и кустарники; чаща становилась все запутаннее и запутаннее. Тут и там распускались яркие цветы, подавали голоса неизвестные птицы, рычали где-то вдалеке звери... Я в изумлении остановилась. Вокруг благоухал самый настоящий тропический лес.

В тот же момент прямо передо мной заструился серый дымок. Из него раздался голос.
- Что ж, вот мы и встретились, Леситен.
- Зотоф? – поняла я.
- Да. Зотоф. Смотри и слушай, - голос демона звучал немного торжественно. – Сейчас ты в тропическом лесу. Я знаю, что ты пантера, ловкий, сильный зверь. Я вижу его внутри тебя. И джунгли – твоя стихия.

Мое сердце на секунду замерло. Зотоф прав. У меня действительно такое чувство, что я родилась здесь. Все было знакомо: и звуки, и запахи, и местность… А демон продолжал:
- И все же ты многого еще не знаешь. Я не простой демон, Леситен. Не все демоны бывают плохими, не все они пользуются силой Зла. Некоторые из них не служат Дьяволу. Они существую независимо. Независимо ото всех. И я отношусь к ним.
- Зачем же ты забрал душу Стаса?! – вскричала я.
- Тихо. Не надо лишних вопросов и лишних эмоций. Душу Стаса забрал Сатана за то, что тот решила стать колдуном в день, когда ему исполнилось 13. Ты убила колдуна Зэта. Его душа отошла к Дьяволу. Но я выкупил ее вместе с договором, и теперь она принадлежит мне. Твои друзья тоже.
- Но…
- Почему они превратились в животных? – Зотоф тихо усмехнулся. – Я – лесной демон и покровительствую именно джунглям. Однако они стали теми, кого они чувствовали в себе, чья аура соответствовала их характеру. Одна ты осталась моим подданным. Эти джунгли – твое последнее испытание, полное смертельных опасностей для того, кто слаб духом. Если ты избежишь их и покажешь себя как истинную дочь джунглей, в конце леса я отдам тебе договор.
- А как же…
- Огненная стена? - снова угадал мои мысли демон. – Это было лишь предупреждение о грядущем будущем. Итак… ты готова?
- Да, конечно, - не задумываясь ответила я. В конце концов, у меня не было выбора.
- Тогда в путь! – сказал Зотоф и испарился. Я сделала первый шаг и уверенно зашагала вперед.

Я чувствовала себя как дома. Вокруг была зелень, неуемная зелень, благоухающие цветы, переплетающиеся ветви деревьев, засохшие, поваленные стволы, солнечный свет, едва пробивавшийся сюда, вниз, сквозь плотную крону вышестоящих растений… Трудно представить, что в этом мирном, наполненном пением птиц лесу таится множество опасностей, многие из которых могут оказаться смертельными…

Неожиданно от мыслей меня отвлекло тихое шипение. Оно доносилось с ветви какого-то дерева. Я молниеносно обернулась в ту сторону и успела заметить мелькнувшую в листве чешуйчатую шкуру. Прекрасно. Сетчатый питон. Самая длинная змея на планете. Как бы не попасться ей в кольца!

По-моему, питон располагался по три стороны от меня: спереди и по бокам, замерев на ветвях. Если я снова пойду, он поймает и задушит меня. А что, если… Решения приходили мгновенно. Я зарядила лук. Нет, вовсе не для того, чтобы застрелить змею: не было никакой надежды на то, что я попаду в нее, так умело прячущуюся среди листьев и сучьев. У меня была совсем другая идея.

Развернувшись, я послала стрелу примерно на юго-восток, то есть по правую сторону руки, немного отклонившись вверх. Она сбила висевший на ветке плод и, вместе с ним упав на землю, покатилась прочь. Звук был, словно кто-то крадется по траве. Питон моментально среагировал: он подумал, что это какой-то мелкий зверек вроде кролика или грызуна и, быстренько свернув кольца, уполз по ветвям за улетевшей вдаль стрелой. Через две минуты шорох волочащейся змеиной чешуи затих вдали.

Я отправилась дальше, осторожно перешагивая через корни деревьев и отклоняя сильные ветви кустарников. Чаща была просто непроходимой. Чтобы облегчить путь, я вытащила из-за пояса кинжал и стала рубить ветки. Дело пошло быстрее.

У моих ног что-то зашуршало. Я тут же остановилась и посмотрела вниз. Там копошился дикобраз – этакий “ежик” с десятисантиметровыми иглами, каждая толщиной в карандаш. Очевидно, здесь была его нора, обитателя которой мне не посчастливилось потревожить. Дикобраз был опасным врагом, и я благоразумно отошла назад.

Но зверек не отставал. Наверное, он был намерен раз и навсегда убрать меня со своего пути. Я попробовала свернуть вправо, но не тут-то было. Дикобраз снова преградил мне дорогу. Он вдруг на секунду замер и тут же сделал молниеносный рывок спиной ко мне, выпустив иглы. Около полусотни их вонзились глубоко мне в ноги. Довольный своей работой, дикобраз фыркнул и потопал прочь. А я свалилась на землю и принялась вытаскивать иглы.

Они очень глубоко засели и давались с трудом. Долго я над ними просидела, прежде чем все орудия зверя лежали в кучке сбоку. Но я потеряла силы. Я не могла идти. Из множества ран сочилась кровь, окрашивая джинсы в багровый, острая боль пронизывала все тело, а у меня не было с собой даже аптечки с пластырем. С ужасом я подумала, что так могу и заражение получить. Что же делать?

Неожиданно я вспомнила о своих друзьях-товарищах. Возможно, один из них может помочь мне.
- Синга, - пробормотала я.

Через мгновение рядом уже сидела серая в черную крапинку рысь. Глаза ее были темно-оранжевыми, в них читалась жалость.
- Ты можешь помочь мне? – слабым голосом спросила я, чувствуя, что теряю сознание.

Рысь молча приложила свою лапу к моей правой ноге. Ее движения были неуверенными, словно она боялась, что утратила свой талант исцелять себя и других.

Я почувствовала прилив сил. Они возвращались ко мне, по всему телу разливалось тепло. Скоро я смогла двигать правой ногой и благодарно посмотрела на Сингу. Та улыбнулась в ответ – глазами. И приложила лапу к левой ноге. Все связки восстановились и в ней. Я пошевелила обеими ногами и неуверенно поднялась. Синга тоже встала, посмотрела на меня, кивнула. Я сделала тоже самое. В тот же момент рыси как не было.

Немного отдохнув и окончательно восстановив силы, я снова пошла вперед. Я действительно была в своей стихии – в неумолимых, бурных джунглях. Мне казалось, что я родилась и выросла здесь. Вон там, за большим серым камнем растет широкая линия густых кустов, за которыми спрятана пещера. В ней я жила ровно 18 месяцев со своей мамой и братом Тисом. Интересно, что с ними стало?

Неожиданно в своих мыслях я обнаружила что-то не то. Какая пещера? Какой Тис? Неужели я настолько слилась с лесом, что вспомнила свою прошлую жизнь? Жизнь пантеры. Значит, мои гипотезы верны. Я действительно в прошлой жизни была дикой кошкой. И это было здорово.

На мгновение мне захотелось забыть свое человеческое прошлое и стать пантерой. Тем, кем я должна быть. Стоит только пожелать, и я превращусь в нее и останусь жить здесь, в ярких джунглях, вместе со своими воспоминаниями о прошлой жизни. Я возрождусь, как феникс, и все буду знать. Мудрость человеческого и звериного миров соединятся во мне. Да, я должна так сделать. И тогда я буду счастлива. Надо только вспомнить, от чего я умерла в прошлой жизни?

Неожиданно перед глазами встала картинка: яростно шипевшая черная пантера, замахнувшийся на нее когтистой лапой крупный пятнистый леопард, а рядом, в пещере, испуганные голубоглазые котята. Затем следует драка, как в замедленной съемке. Пантера, все в крови, падает на землю. Но она жива. Она с ужасом наблюдает за происходящим дальше. Леопард убивает детенышей. Она слышит их предсмертные вопли и вдруг видит перед собой четыре огромных желтых клыка. Она пытается сопротивляться. Но леопард сильнее нее. И пантера умирает от удушья…

Я словно очнулась от глубокого сна. Той пантерой была я. Я умерла, защищая детенышей. И тут же леопардова оболочка слетела с меня. Я вспомнила крик Дины, когда та летела в пропасть, и обезумевшее лицо Артура, вспомнила мужественные глаза Адриана, отрешенный взгляд Саши, упавшей со стрелой в сердце… Неужели их жертвы были напрасны? Нет! И еще раз нет! Я еще буду сражаться! Буду!

В эту самую минуту я услышала волчий вой.

Я остановилась как вкопанная и внимательным взглядом обвела ближайшие кусты и деревья. За одним из них я заметила серое пятно. Волк затаился и, неожиданно выпрыгнув из укрытия, устремился ко мне. Я лихорадочно соображала, что делать. Убежать нельзя, он быстрее и знает эти места как свои четыре пальца. Защищаться вручную, чтобы просто напугать его, нет смысла. Самец был матерым и старым, он наверняка победит. Остался только один выход. И я зарядила стрелу.

Волк был уже примерно в полуторах метрах от меня, он уже отталкивался задними лапами от земли, чтобы броситься, когда в воздухе мелькнула черная тень. В ту же секунду волк упал и, дернувшись, застыл. Из его горла, пронзенного стрелой, текла кровь. Я вздохнула и опустила лук. Мы вынуждены убивать, чтобы самим выжить. Девиз всех хищников. А человек – один из них.

Внезапно кусты слева и справа от меня зашевелились. На поляну стали выходить волки. Много волков. Они встали, злобно скаля зубы и поджав хвосты. Их было не меньше дюжины.
- Что ты сделала? – рявкнул один из них – Ты убила нашего вожака Саву!
- Он хотел наброситься на меня, - попыталась объяснить я.

Волки стали недоуменно переглядываться. Из фраз, которыми они обменивались, мне удалось услышать: “Как? Сава… Он был… Неужели он… Возможно ли такое?.. Не может быть! Ведь он клялся, что никогда… Мы зря поверили ему…” Наконец вперед вышел темно-серый волк.
- Неужели ты смеешь утверждать, что Сава был людоедом?

Я содрогнулась. Одно это слово вводило меня в ужас. Видимо, и волку было неприятно его произносить, поскольку его тоже передернуло.
- Я не знаю, - тихо ответила я.
- Ладно, - отмахнулся другой волк, - пробежали. Но тебе теперь так просто не уйти от нас.
- Ты убила нашего вождя, - сказал третий, - и должна помочь нам выбрать другого. Вождь ценится по силе и уму.
- На этот статус претендуют трое: Акилла, Нижда и Бакум, - произнес самый первый, темно-серый волк. Из стаи вышли три хищника, в таком порядке, в каком их назвали. Акиллой оказался коричневый волк с мудрыми желтыми глазами. Его шерсть уже немного подернула седина, но он был в самом расцвете сил. Ниждой был обыкновенный серый волк с двумя черными полосами на морде. Его оранжевые глаза смело и вызывающе смотрели на мир. А третий волк, Бакум, был черным, абсолютно черным. Глаза его были зелеными, в них неусыпно горели два холодных хитрых огонька. По росту и телосложению все три претендента были примерно одинаковы. И все же Бакум показался мне слишком подозрительным. Нутром я чувствовала, что это злобное и завистливое существо. Свое предпочтение я отдавала Акилле. Что-то в его взгляде успокаивало меня.
- Но почему именно я? – удивленно спросила я.
- У нас есть предание, - неожиданно тихим голосом сказал Акилла. – В тот день, когда волка-людоеда настигнет четырехгранная смерть, в лесу появится двуногое существо. Оно не всесильно, но умно. И оно сможет наконец разрешить спор между тремя братьями, борющихся за власть. Ты – двуногое существо, имеющее стрелы с четырехгранным наконечником. И ты, Леситен, поможешь мне, Бакуму и Нижде выяснить наконец, кто же прав из нас троих? Кто достоин быть вожаком Нерушимой Засси?

Я согласно кивнула. Странно, откуда волк знает мое имя? А Нерушимая Засси – это, скорей всего, их стая. Очень интересно.

У меня уже был план, как разрешить их спор. И мне потребуется помощь.

Бакум оскалился и презрительным взглядом смерил Алана сверху вниз. По сравнению с ним он выглядел хилым дистрофиком.
- Ну так что, вы согласны? – спросила я.

Один за другим волки согласно закивали.
- Начнем же! – Я хлопнула в ладони. Вся стая тут же расстелилась по краям поляны, оставив ее пустой. На середину вышел Алан. Его мускулистое тело подергивала нетерпеливая рябь

Первым на бой вышел Нижда, самый молодой из трех братьев. Его сражение длилось не больше пяти минут. Алан с легкостью уложил его так, что тот не мог подняться еще добрые три минуты. И дело было вовсе не в силах или в размере. Как я заметила, Алан старался не кусаться, а биться так, чтобы отвлечь противника и бросить его на землю, что равнялось победе. Собственно, для драки у Нижды было слишком мало опыта.

Следующим был Бакум. Он кинулся на Алана как бешеный и все пытался достать его горло острыми клыками. На этот раз бой занял около десяти минут. Но победителем из нее все равно вышел Алан. Я видела, как он умело поставил подножку, и Бакум с рычаньем рухнул на землю, где и был прижат. Ему точно не быть вожаком.

Алан выжидающе посмотрел на Акиллу. Тот вышел на середину и ринулся в бой. Но тому тоже не суждено было длиться долго. Я так и не поняла, как это произошло. Однако, когда Акилла оказался на земле, и Алан уже хотел поставить на его горло лапу, чтобы объявить о своей победе, голова коричневого волка вдруг устремилась вверх. Алан не успел отразить нападение. Акилла легонько куснул его в горло, и мой друг тут же потерял сознание. В следующее мгновение он пришел в себя, но уже лежал на земле, придавленный Акиллой.
- Поздравляю, Акилла, - сказал Алан, - ты настоящий сын своего племени. И ты достоин стать вожаком.

Волки дружно завыли, а Акилла поднялся с земли и хотел к ним присоединиться. Но черная тень на мгновение затмила взор. Затем я увидела, как клубок из сцепившихся черного и коричневого волчьих тел катается по земле. Акилле не удалось применить свой прием. Один из волков бросился ему на защите, и вся ярость Бакума переключилась на смельчака. Это был Нижда.

К сожалению, Бакум был гораздо сильнее его. Нижда отлетел в сторону с глубокой раной на боку, нанесенной Бакумом сильными задними лапами. А он, захлебываясь кровью, снова бросился на Акиллу. Однако на этот раз его сразила “четырехгранная смерть”. Еще одна стрела нашла свою цель.

Акилла с трудом поднялся на ноги. Его грудь была разодрана. Он еле стоял, но из последних сил бросился к Нижде. Он терся свое мордой о морду брата, что-то тихо шептал ему.

Нижда умирал. Умирал несмотря на все молитвы Акиллы. Бакум добился своего. Хотя бы один из его братьев обрел смерть от его клыков. Казалось, все потеряно. Нижде уже не помочь. Но вдруг что-то заискрилось возле меня. Алан исчез, на его месте остался висеть крохотный лиловый шарик, бросающий искры. Я сразу поняла, что это.

Дрожащими руками я донесла шарик до лежащего на земле Нижды, отпустила его, и он исчез в ране волка. Она на глазах стала затягиваться. Скоро Нижда поднялся. А я благодарно прошептала: “Спасибо, Синга…” В тот же миг волки растворились в воздухе.

Передо мной снова заструился серый дымок. В нем вдруг появились две красные точки. Они уставились на меня. Я не отвела взгляда, а просто смотрела в них. И я словно попала в другой мир. Там были джунгли. Они быстро росли, густели и отмирали. Туда-сюда сновали звери. Волчата в одно мгновение становились взрослыми, покрывались сединой и умирали. Жизнь проносилась за жизнью, а демону Зотофу словно не было до этого дела. Он охранял джунгли. Он наказывал вторгавшихся туда чужаков, но ничего не мог поделать с Великим кругом жизни. Да, демоны не так всемогущи как кажутся. Даже они не в силах остановить безустанно приближающуюся смерть. А обитателей джунглей она подстерегает под каждым кустом…

Неожиданно в струйках дыма появилось щелеобразное отверстие. Я оторвалась от глаз демона и вернулась к реальности. Сейчас должно произойти что-то очень важное. Стоит ли верить демону?

Зотоф заговорил. Его рот открывался и закрывался, то и дело обнажая белые клыки. Они были в два раза длиннее остальных зубов.
- Рад тебя видеть, Леситен. Ты показала себя не только хорошим человеком, но и великолепно знающей лес жительницей джунглей. Я сказал это в начале и говорю это сейчас, в самом конце. Я рад, что взял тебя в свое подданство, я не ошибся в тебе и твоих друзьях. Поэтому я выполню свое обещание. Вот твой договор!

Воздух рядом с демоном заискрился, и там, осыпаемый золотой пыльцой, появился пергамент. Он был таким же как у Лены: золотым, в черных и красных чернилах.
- Однако в нем есть один секрет, - продолжал Зотоф, - если ты разгадаешь его, победа останется за тобой. Если нет, то… Впрочем, ты все равно разгадаешь. Я могу дать тебе лишь одну подсказку: не всегда для победы требуется полное уничтожение. А совет мой тебе таков: три – хорошая цифра. Удачи тебе! – И демон исчез, растворился в воздухе, точно облачко пара. А договор медленно поплыл ко мне.

Я даже не заметила, что держу его в руках. Все мои мысли были о словах демона. Что все это значит? “Не всегда для победы требуется полное уничтожение”? “Три – хорошая цифра”? Интересно, интересно. Их надо как-то связать между собой. Но как?

Я попробовала разорвать пергамент. Не вышло. Он был словно лист стали. Так, кажется, по словам Зотофа, я не должна уничтожать его. Возможно, в нем содержится что-то важное.

Я прочитала его. Особого внимания требовали слова, написанные мелким шрифтом. Они говорили о том, что в случае полного уничтожения договора душа Стаса переходит к Сатане. Не связано ли это с подсказкой Зотофа? И там и там полное уничтожение. Так, все сходится. Моя первая задача: разобраться с бумагой так, чтобы она осталась целой хотя бы частично, а душа Стаса оказалась свободной.

Как сказал Зотоф? “Три – хорошая цифра”. Наверное, она обозначает какое-то расстояние, на котором я смогла бы освободить друзей из пергамента. А сделать я это могу только при помощи своего единственного оружия: лука и стрел. Как же тогда…

Внезапно у меня родилась идея. Она подходила по всем статьям. Что, если договор будет находиться от меня на расстоянии, скажем, трех метров или шагов, и я сражу его стрелой? Причем стрелу надо пустить так, чтобы она попала в соответствующие слова. Слова во второй строке, в которых говорится о зависимости Стаса от Сатаны.

Есть! Я довольно щелкнула пальцами. Так мы и сделаем. Однако как же мне укрепить договор на нужном расстоянии, да еще и на такой высоте, чтобы я смогла точно попасть? Препятствие разрушило было все мои планы, но вдруг я кое-что вспомнила. Жерор! Тот, кого я еще не вызывала! Он-то мне и нужен.
- Жерор, - сказала я и подставила руку внезапно появившемуся орлану. Тот огляделся и спросил:
- Что от меня требуется?
- Здравствуй, Жерор, - строго сказала я. Орлан смутился.
- А, ну да, привет, - пробормотал он. Я довольно кивнула головой.
- Так в чем дело?
- Слушай. Бери в когти этот пергамент, отлети от меня на расстояние, равное примерно трем метрам, и поднимись в воздух где-то на метр восемьдесят.

Жерор схватил в цепкие когти золотую бумагу и полетел вперед. Отмерив три метра в длину и метр восемьдесят в высоту, он завис в воздухе, хлопая крыльями. Я прицелилась, наметив для себя конец второй строки. Запустила руку в колчан и обнаружила, что там осталась всего одна стрела. Значит, у меня есть только одна попытка, ведь эти стрелы сразу исчезают после употребления. Если я не попаду, все пропало.

Я сосредоточилась. Прицелилась. Мои руки дрожали как никогда. И я выстрелила. Вертясь, стрела полетела строго вперед и вонзилась в только что крепкую как сталь бумагу. Я подбежала посмотреть, что же получилось.

Стрела уже испарилась, а я все еще не могла поверить своему счастью. Там была строчка: “…заключившем договор с одним из демонов, принадлежит Сатане за оказанное ему содействие…” И вот, слова “принадлежит Сатане за оказанное ему содействие” были начисто стерты. На их месте зияла узкая длинная дыра. Повезло мне все-таки, что стрела была с четырехгранным наконечником!

Люси как раз преодолела огненную стену и присела на ветку дерева отдохнуть, как вдруг почувствовала, что начинает изменяться. Неужели Лесе удалось одержать победу? Скорей всего, так. Иначе разве началось бы обратное превращение?

Люси слетела на землю, чтобы снова стать собой именно там. Все ее тело пронзала острая боль. Длинные птичьи лапы стремительно обрастали кожей, вместо острых когтей появлялись тонкие аккуратные пальцы с ухоженными ногтями. Позвоночник хрустел, принимая вертикальное положение. На крыльях исчезали разноцветные перья, сами они становились человеческими руками. Клюва уже давно не было, головы феникса тоже. Заместо них появилась человеческая голова со светло-русыми, под каре, волосами и зелеными глазами.

На девушке были джинсы, черный топик, серая куртка и белые кроссовки, все то же самое, что и в тот вечер, когда она попала в автокатастрофу. На лбу все еще была засохшая ссадина. На пальце – золотое кольцо со значком Венеры.

А впереди Лена увидела замершую от удивления Лесю. Рядом с ней стояло восемь ребят.

Сияя от счастья, я оглядывалась вокруг. И вдруг позади, примерно в нескольких метрах, я увидела ту, в существование которой уже давно перестала верить. Я увидела Лену. Она неподвижно стояла и разглядывала нас. Даже если бы на ней была маска, я бы все равно узнала ее. Она… Она жива!!!
- Лена!!! – заорала я и бросилась к ней. Мои друзья удивленно обернулись и застыли как истуканы. А я уже вовсю обнимала Лену. Настоящую, живую Лену! Нет слов, чтобы передать, как я была счастлива. Мне казалось, что мое сердце вот-вот выпрыгнет из груди, так оно сильно билось. Лена же выглядела немного смущенной, хотя тоже была ужасно рада всех встретить вновь.

Скоро мы уже все, кроме Стаса, вместе навалились на Лену, чуть не задушив бедную в объятиях.
- Господи, Лена, где же ты была все это время? Или кем? Почему мы не могли найти тебя? – спросила Саша.
- Во-первых, вы меня и не искали, - огорошила нас она, - во-вторых, я все время была рядом, а вы даже не замечали меня!
- Как? – не понял Адриан.
- Я была фениксом, - просто ответила Лена.
- Фениксом?! – хором переспросили мы и уставились на нее.
- Да, - рассмеялась Лена. – Самым обыкновенным фениксом по имени Люси.
- Люси? – задохнулась Ида.
- Ни фига себе! – обалдела Дина.
- Я даже не думал! – пожал плечами Лева.
- Ребята, - раздался вдруг голос Стаса, - мне, конечно, жаль вас прерывать, но у нас осталось всего десять минут, чтобы покинуть Версалию. Иначе мы погибнем.
- Что?! – вскричали мы разом.
- Что слышали, - мрачно отозвался Стас. – Если через десять минут мы не покинем Версалию через Врата Времени, мы просто сгинем вместе с ней.
- Что же нам делать? – со страхом спросила Диана.
- У меня есть одно заклинание. Одно. Последнее, - серьезно сказал бывший колдун. – Зотоф предвидел это и снабдил меня телепортационным заклинанием. Но проблема вот в чем. Оно позволяет телепортировать только девятерых человек за один раз.
- А за другой? – спросил Артур.
- А другого не будет, - пожал плечами Стас.

Наступило молчание.
- Я останусь, - нарушила его Лена.
- Да ты что?! – схватилась за нее Саша. – Только появилась и уже исчезать? Лучше уж я.
- Не позволю! – вскричал Женя. – Я останусь!
- Тихо! – крикнула я и обратилась к Стасу:
- Ты знаешь, где мы сейчас находимся?
- В Пустоте, - ответил он. – Там, где ничего нет и быть не может.
- А можно ли из нее попасть в другой мир? В один из миров Версалии, я хочу сказать.
- Да. Стоит только назвать его.
- Вот и отлично, - довольно кивнула головой я. – Ребята, остаюсь я.
- Чего? Как? С какой радости? – возмутился Адриан.
- Нет. Ты не можешь, - отрезала Ира.
- Могу. Очень даже могу, - заверила я ее. – У меня есть одна идея.
- Не нужны нам никакие идеи! - вскричал Женя.
- Не волнуйтесь. Я вернусь. Встретимся на даче! – подмигнула я.
- Ты уверена? – спросил Стас. Кажется, он понял, о чем я говорю.
- Да, - твердо ответила я.
- Тогда, до встречи, Леситен, - сказал он и вынул палочку. Ту самую, темно-бордовую. – Так, возьмитесь за руки и, главное, не отпускайте их во время телепортации! Готовы? Поехали!

Он что-то прошептал и взмахнул палочкой. Моих друзей окутала сверкающая сфера. Минута, нет, даже секунда, и она исчезла. А в воздухе остались звучать слова: “Помни! Ровно десять минут!”

Я усмехнулась и мысленно назвала место, куда хочу попасть. Так, я уже там? Прекрасно. Не зря же я приручала единорога.

Ромашка снова паслась в отдалении от всех. Хвост ее нервно подергивался, на роге сверкала крохотная желтая звездочка. Видимо, она была не в духе.
- Промашка! – позвала я.

Единорог поднял голову и, завидев меня, медленно тронулся с места. На его глазах блестели слезы.
- В чем дело? – участливо спросила я, когда она подошла ближе и встала, потряхивая гривой.
- Они не приняли меня! – всхлипнув, ответила Промашка. – Они не поверили мне! Я снова никому не нужна! У меня нет друзей!
- Не плачь. У тебя есть я, а это уже кое-что. Ведь ты мой друг, - сказала я, поглаживая единорога по шее.
- Правда? – обрадовалась Ромашка.
- Конечно, - кивнула я. – Слушай, а ты не хочешь переехать ко мне? В мой мир? Там у тебя будет сколько угодно друзей.
- Почему? – не поняла Ромашка.
- Потому что никто не будет знать, что ты единорог. Все подумают, что ты обыкновенная белая лошадь, правда, очень красивая, гораздо красивее всех существующих у нас лошадей. И тебя примут за свою. Ну, как тебе?

Промашка задумалась. А я прикинула, сколько же прошло времени. У меня осталось примерно семь минут, что-то подсказывало внутри. По-моему, время здесь идет медленнее. Или мне просто так кажется?
- Я согласна, - вдруг сказала Промашка. – Я на все согласна, только забери меня отсюда.
- Вот и отлично, - обрадовалась я. – Где здесь Врата Времени?
- Везде. Позови, они появятся. Но проход через них возможен только на очень большой скорости.
- Прекрасно. Я сяду на тебя, ты разбежишься, и мы преодолеем эти Врата. Согласна? – с надеждой спросила я.
- Ага, - согласилась она. – Садись. Только держись крепче.

Я забралась ей на спину и уцепилась в мягкую гриву. Назвала: Врата Времени.

Вдруг вся впереди лежащая местность пропала. Вместе нее появилась белая пустота. Ромашка сорвалась с места и помчалась в противоположную сторону.
- Эй, ты куда? – вскричала я.
- Так надо! Держись!

Промашка перешла на бешеный галоп. Внезапно и впереди нас появилась пустота. Мы летели на нее как две стрелы. Летели, летели, летели…

Пустота поглотила нас. Мир исчез.

Я открыла глаза и обнаружила, что лежу на своей кровати. Моя родная дачная спальня. Я подошла к окну. Там светило самое настоящее золотистое солнце. По светлому, голубому небу бежали пушистые белые облака. Родной мир. Я снова дома.

Я спустилась вниз. В гостиной сидели все мои друзья. У Саши и Лены по щекам струились слезы. Но стоило девчонкам услышать шаги и поднять головы, как слезы тут же высохли. Девчонки бросились ко мне.
- Леська! Ты жива! – обнимала меня Саша.
- Ну а как же? – улыбнулась я. – Я же говорила, что выберусь.
- Я не верила, - честно призналась Ираида.
- Теперь будешь знать, - рассмеялась я.

Я вместе с остальными села вокруг нашего многострадального стола. Итак, нас десять. Мы выжили. Мы выстояли в борьбе со злом. И в такие времена невольно задаешь себе вопрос: а так уж и непобедимо зло? И хочется тут же ответить: на все есть своя управа. Если ты храбр, верен и жизнелюбив, ты победишь. Никаким бедам не взять тебя. Главное, верить в себя и друзей. Тогда все получится!

Сидеть в доме было скучно, и мы решили выйти во двор. Мы ступили на зеленую траву, кое-где протоптанную ногами и так стояли долго-долго, любуясь солнцем, небом и нашей родной русской природой. Понимать, как тебе дорог твой край, ты начинаешь только тогда, когда надолго разлучаешься с ним, а потом вдруг снова возвращаешься, и тебе больше не хочется куда-то ехать. Мы часто не ценим того, что видим, того, что нас окружает, того, что встречаем каждый день, вечно куда-то спеша. А потом, оказавшись вдали от родины, мы начинаем скучать.

Возле калитки нас поджидала белая как снег грациозная лошадь с пушистой гривой и волнистым, чем-то схожим за львиный хвостом. А фиолетовый рог и узоры на боках увидела только я одна…






• Фантастика •

творчество посетителей cats-портала:

В CATS-библиотеке я собрала литературные произведения, героями которых являются коты и кошки, либо им отводится небольшая, но заметная роль. Здесь представлены как и всем известные авторы, так и творчество начинающих. Присылайте стихи и рассказы по адресу info@mau.ru

Когда нет кошки, мыши пляшут. ( Баиф)
Все афоризмы про кошек

Коты любят молоко, но коров доить не умеют.
Юмор про кошек

РЕКЛАМА

CATS-портал - все о кошках
 CATS-TOP  Кошки. Каталог пород    Анализ сайта онлайн  
   Copyright © 1999-2017 CATS-портал http://mau.ru  •  Автор проекта: Nataly  •  E-mail: info@mau.ru